Возле реки нас дожидалась лишь одна послушница. Она достала из-под кустов две деревянные лодки. Они были очень низкими - не больше тридцати сантиметров в высоту и по виду напоминали скорее плоты.
- И как нам на этом плыть? - недоуменно посмотрел я на Киру. На лодке не было видно ни двигателя ни весел.
- Смотри, - девушка соскользнула на одну из них и просто легла. Лодка слегка закачалась на воде, но не перевернулась.
- Помимо лифтов, подарю вам еще и лодки, - проворчал я, следуя ее примеру и ложась в другую лодку. Под моей тяжестью, особенно с учетом доспехов, лодка почти полностью погрузилась в воду.
- Не дергайся и тогда не утонешь, - донесся до меня ехидный голосок Киры.
- Начну тонуть - переберусь к тебе в лодку, - парировал я в ответ.
Послушница, дождавшись, когда мы разместимся, оттолкнула наши лодки с такой силой, что они сразу выплыли на середину реки. А дальше уже течение подхватило их и мы медленно двинулись вниз по реке - до города нужно было проплыть несколько километров.
Первые пару минут мы обменивались колкостями, но затем замолчали. От нечего делать я погрузился в медитацию - в этот раз на концентрацию разума. Если медитация на спокойствие позволяла не рефлексировать и спокойно воспринимать любые перипетии Судьбы, то эта медитация увеличивала внимание. Это помогало сосредотачиваться на одном деле, полностью погружаясь в него и решая самые сложные задачи. Благодаря именно такой медитации я в свое время смог выдерживать дюресталевую нагрузку на свой мозг во время учебы. Сам комплекс был прост - нужно было лишь принять удобную позу, закрыть глаза и сосредоточиться на одной точке тела. Помню, насколько сложно это было делать - внимание постоянно скакало с точки на носу на другие части тела, на мысли, которые меня беспокоили в тот момент или вообще на окружающие звуки. Особенно сложно было сконцентрироваться когда мы жили все вместе. Однако при ежедневных тренировках беспокойных мыслей становилось все меньше и все быстрее получалось концентрироваться на одной вещи. Когда состояние концентрации становилось особенно сильным, можно было переводить все в медитацию спокойствия, начиная переводить внимание на дыхание, или же сделать другой шаг - медленно перейти на обдумывание дела, которым необходимо заняться. Обдумывание в медитации позволяет взглянуть на проблему с разных сторон и прийти к четкому понимаю, что важно в данный момент, а что нет.
Забавно то, что эффективность этой тренировки становилось особенно заметной только тогда, когда мне надоедало однообразие и я устраивал перерыв, переключаясь на другие виды медитаций. Уже через пару дней после этого становилось сложнее понимать наставников и запоминать новый материал.
Вот и сейчас, я решил наверстать упущенное и хоть чуть-чуть подготовиться к тому, что нас ждет в городе. И настолько сильно погрузился в медитацию, что не сразу услышал как Кира шипит мне:
- Ре-е-ейн! Ре-е-ейн! Ре-е-ейн!!!
- Что?
- Заснул что ли?! Мы подплываем! Сейчас нас вынесет прямо на пристань. Нужно успеть забраться на нее, пока лодки не унесло дальше.
- Принял.
Наши лодки, двигающиеся в центре реки, неожиданно плавно изменили направление, сместившись к берегу, прямо на пристань, появившуюся из-за поворота. Старенькую такую, деревянную, с полусгнившими сваями. Прямо как в Средневековье. Когда лодки начали проплывать под деревянным настилом, я ухватился за брус, подтянулся и залез. Чуть в стороне от меня тоже самое сделала Кира.
Накинув одним движением себе на голову плащ, она как-то по змеиному изогнулась и спустя мгновение передо мной предстал обычный городской житель, защищающийся от непогоды. Даже голова была скрыта большим капюшоном так, что определить пол не представлялось возможным. Если только в упор не подойти. Повторив маневр, правда, менее грациозно, я подошел к ней и взял ее под руку. Вместе мы двинулись в город.
Несмотря на то, что город был оккупирован, “Бланшот” стремился не создавать серьезных препятствий для его жителей. От Олервана и его торговцев мы знали, что кордоны дроидов стоят за городом, на рынке и возле здания Культа. Они проверяли всех мимо проходящих граждан с помощью специального сканера. И если он оказывался чужаком - сразу же убивали. Для охотников и торговцев были сделаны исключения - первым разрешалось покидать город, а вторым - посещать другие города.