— Мне потребуется ваша помощь, — сказал я, когда мы зашли в мой кабинет. — Сель, Сильви, присмотрите за Орианной, Нари и Элси. Я присоединюсь к вам чуть позже, когда улажу некоторые дела.
— Мы будем ждать, — спокойно ответили мне девушки, по-прежнему не переходя в нормальную форму. В этот раз они довольно долго находятся в подобном состоянии. Не повлияет ли это на них? Впрочем, Сильви целительница, которая куда лучше меня знает, о чем стоит переживать. И если она спокойна, то всё хорошо.
Я кивнул и вышел в коридор. Мне нужно было немного подумать, прежде чем реализовывать свой план. При положительном исходе я смогу справиться сразу с тремя проблемами, но возможен и плохой исход, когда все три исхода будут негативными, а к ним прибавится огромная проблема. Именно поэтому нужно было взвесить все за и против.
Мне потребовалось куда больше времени, чем я думал изначально, но всё же я принял решение и, надеюсь, что оно верное. Я перешел тропой лешего в парк, на широкую площадку. Солнце уже скрылось за горизонтом, поэтому стало немного прохладно. Что ж, пора приступать.
— Явись же передо мной…
— Долго же ты раздумывал, — голос был немного недовольным, но особого негатива я не ощущал. Стоило мне только повернуться, как я не смог сдержать своего удивления.
Глава 19
Философия. Справедливость. Прикосновение.
— Фарнесия… — продолжил я, увидев перед собой уже названную богиню, однако она оказалась не одна.
Фарнесия, Богиня Справедливости,??? уровень
Калатея, Богиня Милосердия,??? уровень
Но удивило меня не только это. Призванная богиня выглядела очень необычно. Высокая девушка, чей рост превышал два метра, но всё же уступал Кхаре, выглядела весьма элегантно и величественно. Длинные прямые волосы серо-стального цвета были зачесаны назад и спадали ниже талии подобно водопаду. Глаза прикрывала серая металлическая маска, оставляющая свободной нижнюю часть лица.
В одной руке она держала внушительный клинок, который чем-то походил на сумрак ночи, или как там его, в общем, мой пафосный меч, найденный когда-то давно в лесу. В другой были серебряные весы, в третьей платиновая ветвь папоротника, а в четвёртой расположился чёрный шар. Да, у неё было четыре руки. И именно это меня удивило больше всего, хотя, казалось бы, уже подобное не в новинку, учитывая Меллитидию.
Её одежда немного походила на мантию, спадая почти до самой земли, однако прикрывала только часть тела, позволяя увидеть гармоничную, стройную фигуру со слегка подкачанными мышцами, осиной талией и открытыми бедрами. Весьма смелый наряд для богини. Длинные рукава этой странной мантии, обнимающей богиню, подобно плащу, скрывали в себе ещё несколько необычных артефактов, суть которых я понять не мог. Аккуратные сапожки как будто были сделаны из серебра. Их покрывали многочисленные прямые линии, создающие по краям необычный узор.
Все вещицы на ней были божественными артефактами такой мощи, что мне стало как-то не по себе. Впрочем, тут всё понятно, справедливость может нести только тот, у кого есть огромная мощь.
И рядом с этой внушительной богиней стояла скромная девушка, едва дотягивающая до плеча… сестры. Насколько я помню, Калатея является младшей сестрой богини справедливости. Длинные серо-стальные волосы, частично сплетенные в косички, смотрелись не так строго, как у сестры. Легкая улыбка на светлом лице была пропитана доброжелательностью. Глаза же у неё были будто бы из серебра и также ярко блестели, как этот светлый металл. Фигура была скромнее, чем у Фарнесии, но всё же более открыта. На девушке не было мантии, лишь легкое белое платье без рукавов, которое не скрывало талию и бедра. Лишь тоненькие золотые нити скрепляли ткань, прикасаясь к гладкой, светлой коже.
На голове был венок из серебряных листьев папоротника. Серебряные наручи также были выполнены из свёрнутых листьев этого растения, как и элегантные туфельки с небольшим каблуком. Она скромно стояла рядом с сестрой и молча ожидала её действий. Похоже, не только я хотел с ней встретиться, но и она со мной, вот только это меня немного беспокоило.
— Я вижу, ты как следует рассмотрел нас, и теперь мы можем приступить к разговору? — спросила Фарнесия, чьи эмоции были скрыты маской. Я чуть не подпрыгнул от её фразы, будучи полностью поглощенным собственными мыслями.
— Да, всё так, — ответил я. — В городе начали появляться те, кто обязан предстать перед судом. Определять их судьбу я хотел лично, так как являюсь правителем, — после моей фразы она кивнула, показывая, что принимает такую логику. — Однако я посчитал, что подобное может закончиться недовольством других жителей и как следствие, увеличится количество нарушений. Появление беспорядков постепенно приведет к хаосу, разрушениям и гибели многих жителей города, пусть далеко и не сразу. Чтобы избежать подобного сценария, я хотел призвать ту, с чьим приговором не будут спорить.