- Что ты о них знаешь? – спросил он.
- О чем? – я постаралась говорить спокойно, но голос, как назло, дрогнул.
- О мятежах прошлых лет? – от его взгляда мне было не по себе.
- Тоже, что и все остальные – уверенно ответила я, - это вообще-то входит в школьный курс, если ты не знал! Ничего хорошего из этого не выйдет. Это очень, очень глупая идея.
- В этот раз все будет по-другому, - убеждал Влад, - мы уверенны в своей победе.
И вот тут я, наверно, совершила главную ошибку. Я больше не могла сдерживать поток эмоций, находящийся внутри меня. Слова Влада стали для меня последней каплей. Сама того не желая, я начала говорить.
- Прошлые мятежники говорили так же, - уверенным и твердым голосом ответила я, - и что из этого вышло? Они все мертвы. И их родственники. И их дети. Все. Империя уничтожила все, что было связанно с ними. Ничего не осталось. Вся Империя была против них. В нашем государстве с мятежами справляются быстро и кардинально. У вас нет шансов. Ни у кого нет.
Я опустила глаза. В голове снова появились образы того страшного времени. Мне не хотелось снова участвовать в этой бессмысленной бойне. Все равно у них ничего не получиться. А мне не нужно еще больше проблем.
Мои планы слинять из города рушились на глазах. Теперь я не смогу уйти с ними. Я не хочу быть частью этого нового мятежного движения. Я не хочу снова погружаться в этот хаос. Хватит мне клейма, которое я ношу.
- Слушай, Влад, - вдруг как-то странно проговорил Миша, - помнишь о выжившем ребенке мятежников?
Внутри меня что-то больно кольнуло. Я все-таки выдала себя. Черт меня дери! Он догадался! Плохо! Это очень плохо!
- Ну? – Влад тоже посмотрел на меня.
На лице Миши появилась какая-то необъяснимая и совершенно дурацкая улыбка.
- Кажется, мы нашли ее…
Глава 7. Воспоминания.
Две пары глаз неотрывно смотрели на меня. Мои и без того немаленькие глаза стали еще больше. Полным страха взглядом я смотрела на сидевших передо мной людей. Такого не может быть! Я не могла себя выдать! Ну, не могла! Или все же могла? Тогда, где я прокололась? Что сделала не так?
Теперь, похоже, у меня не будет выбора, и мне придется рассказать им обо всем. Или все еще можно исправить? Может, мне удастся выкрутиться? Нужно срочно что-то придумать! Думай, Кэсседи, думай, мать твою! Ты ведь сама во всем этом виновата! Ты сама пошла с ними сюда. Сиди ты спокойно в развалинах и, тебя бы сейчас не раскрыли вот так глупо. Хотя, кто его знает, что ждало бы меня останься я там, на поверхности. Возможно, меня бы уже схватили и, я бы была на пути в Столицу.
- Чего вы так уставились? – как можно удивленней спросила я.
- Ты ведь та самая дочь мятежников, которая выжила? – Миша смотрел на меня с неподдельным интересом.
- Какая еще дочь мятежников? – Я постаралась изобразить негодование, - вы тут совсем помешались на своих восстаниях?
- Теперь я понял, - победоносно произнес Миша, - теперь-то я все понял.
- Что ты понял? – с подозрением спросила я.
- Вот почему Власти объявили на тебя охоту, - начал он, - и вознаграждение. Я знал, что за простого воришку не могут назначить такое большое вознаграждение. Ты прячешься от рейда и при этом не признаешь своих проблем с законом. Дай угадаю почему. Ведь дети мятежников были объявлены вне закона. Вот почему ты перебираешься из одного города в другой.
- Серьезно? – я сделала скептическое лицо.
- И имя у тебя ненастоящее только поэтому, - продолжал он, - да, и от нашего предложения ты отказалась.
- Мало ли на это причин, - возразила я, - может мне и так все нравиться.
- Нет, - на его лице появилась самодовольная улыбка, - нелегалам не может нравиться такая жизнь. Но самое главное не то, что ты отказалась, а то, что ты при этом чувствовала.
Я приподняла одну бровь. Откуда он может знать, что я чувствовала в этот момент? Это ведь мои переживания! Их могу чувствовать только я.
- Твой взгляд, - пояснил он, - я видел необъяснимую боль, когда мы заговорили о мятеже. Только тот, кто пережил кошмар тех лет, мог отражать такую боль. Все правильно, ты та самая выжившая… как же ее… сейчас…
- Паная Райским, - произнес Влад.
То, что я пережила в тот момент невозможно описать словами. На меня одновременно нахлынули все мои страхи и переживания и все это вперемешку с удивлением. Я переводила взгляд с Миши на Влада и обратно.
- Точно – воскликнул Миша, - ты – Паная Райским!!!
Вот, теперь я поняла, почему Влад так ценил Мишу. В сообразительности этому дерзкому мальчишке не откажешь. Он может сделать правильный вывод из ничего. Откуда в этом несмышлёном юнце такие способности? Как он это делает?