Мы прошли мимо подозрительного парня и вошли в палатку. Там сидели трое. Двоих я знала. Это были Влад и Маркус. А вот третий мужчина мне не был знаком. Он был моложе всех трех лидеров сопротивления. Темноглазый, светловолосый. Он источал уверенность и силу, которую я не чувствовала в других повстанцах. По его тонким чертам лица и той стати, с которой он держался, я могла предположить о его принадлежности к высшим классам нашего имперского общества.
- Добро пожаловать в центр нашего лагеря, - проговорил Стас полушепотом.
Я осмотрела палатку. Здесь были столы и стулья вокруг них. На столах и полу были разбросаны какие-то карты и бумаги с непонятными рисунками и записями. Возле столов-то и стояли бессменные лидеры нынешнего восстания.
- Здравствуйте, юная… - проговорил третий лидер повстанцев, - даже не знаю, как к вам обращаться.
- Меня зовут Кэсседи, - отозвалась я.
- Кэсседи, - на его лице появилась легкая улыбка, - рад приветствовать вас в нашем лагере. Я – Пьер.
Я еще раз улыбнулась и кивнула. Все его движения и манеры говорили о благородном происхождении Пьера. Что его-то заставило пойти на такую авантюру? А ведь он еще и один из лидеров! И чем руководствуются эти люди, когда вступают в подобные движения? А уж тем более, если они их возглавляют?!
Ну, ладно еще Миша и Влад. С ними более-менее все понятно. Эти были простыми гражданами Империи из далеко не высших слоев населения. Им просто надоели гонения и несправедливое неравенство между классами жителей нашего государства. Могу еще понять Анну, которая пострадала в результате карательных операций Властей.
Но как сюда могло занести такого человека, как этот Пьер? Что его-то не устраивает? Могу, конечно, ошибаться, но, по-моему, у тех слоев населения, к которым, по моему мнению, принадлежит Пьер, никогда не было проблем с Властями. Они всегда жили лучше, чем остальные граждане Империи. Их не коснулись во время операций по поиску мятежников. Они никак не пострадали во время карательных рейдах Стражей. Им во все времена жилось лучше, чем всем остальным. Почему же Пьер примкнул к повстанцам? Это загадка, которую я никогда не смогу разгадать.
Пока я тут размышляла на тему жизни наших сословий, все присутствующие в палатке уже расселись вокруг стола, стоявшего в центре. Немного растерявшись, я все же нашла свободное место. Ну, раз меня сюда позвали, то не стоять же мне в проходе? Значит, и от меня им нужно что-то полезное. Я подошла к столу и уселась на единственный свободный стул. И оказалась между Владом и Стасом. Это немного успокаивало. Но тут же почувствовала на себе холодный и пристальный взгляд.
Я подняла глаза. Так и есть. Я сидела прямо напротив сверлившей меня уничтожающим взглядом Любы. Да, что, мать ее, я ей сделала?! Что она на меня так уставилась-то? Я заерзала на стуле, крутя головой. Может, где-нибудь все-таки есть свободное место? Такое, чтобы я не попадала под карающий взгляд этой недружелюбной особы.
Мои терзания заметил Стас. Он придвинулся ближе и тихо спросил:
- Все в порядке?
- Мне кажется, я ей не нравлюсь, - так же тихо отозвалась я.
- Кому? – на лице парня появилось недоумение.
- Сестре Влада, - честно призналась я, - она меня сейчас взглядом испепелит.
- Расслабься, - Стас положил руку мне на плечо, - это простая сестринская ревность.
Ревность? Так, она и вправду ревнует меня к Владу? Но с чего бы? Между нами, ведь ничего нет. Мы знакомы-то с ним всего пару суток. К чему же здесь ревновать? Да, и я бы ни за что на свете не осталась с ним. Он, конечно же, очень привлекательный парень, но он повстанец. И для меня это определяющий фактор. Даже если бы мне этого очень хотелось, я бы не осталась с ними. Я бы просто не смогла…
Глава 15. Схватка.
Я последовала совету Стаса и постаралась расслабиться. Выходило плохо. Я все время чувствовала на себе этот обжигающий взгляд. Мне казалось, что будь у Любы возможность, она бы с радостью сдала меня Властям. Может, мне поговорить с ней, объяснить все. Хотя, если подумать, что я буду ей объяснять? Кто я такая, она прекрасно знает. Что я здесь делаю, тоже. Не понимаю только, от чего же она так относится ко мне?
В общем, из-за своих размышлений по поводу ненависти милой девушки, я пропустила начало разговора. Так что сейчас не очень-то и хорошо понимала, о чем же говорят члены «великого повстанческого братства». Я попыталась вслушаться в разговор и уловить нить рассуждений. Вышло, мягко сказать, хреново. Я все еще не могла отойти от настойчивого взгляда Любы. Да, и тот парень возле палатки никак не выходил у меня из головы. Почему же он показался мне таким знакомым? От чего это неотпускающее чувство опасности? Черт возьми! Мне кажется, я превращаюсь в параноика!