Меньшиков от души рассмеялся.
- Будто Вас кто-то заставляет бухать! – выдавил сквозь смех Александр.
Кошкин хотел было возразить, и даже открыл рот, но вдруг как-то сник, театрально вздохнул и махнул рукой, чем вызвал ещё больший приступ смеха у Меньшикова. Даже Спанидис позволил себе улыбку. Роман Антонович побрёл к унитазу, выудил из-под консоли связи свои брюки, перекинул их через плечо и направился в сторону выхода.
- Алиса, будь добра капсулу, - с грустью в голосе обратился он к ИИ.
- Куда поедите, товарищ профессор? – Алиса была ласкова, как всегда.
- Домой, - вздохнул Кошкин.
Меньшиков и Спанидис проводили удручённого историка взглядами. Стоило ему скрыться за дверью, как Алескандр вскочил.
- Ник, ты завязывай бухать! – накинулся он на грека. – На тебе такая ответственность, а ты пять дней водку лакаешь! Сколько тебе сейчас?
- Двадцать пять, - пробубнил профессор.
- А печень уже ни к чёрту! Скоро опять на перерождение пойдёшь!
- А как ты… Ах да, – до Спанидиса дошло, как Император узнал о состоянии его органов. – Ты же видишь…
- Вижу Ник! Вижу! Только как ты не поймёшь, лазарий поможет тебе восстановить тело, но если начнёт разрушаться психика, то тебе уже ничто не поможет, а ты ещё не завершил строительство!
- А я может потому и бухаю! – сорвался Ник. – Ведь мы даже не представляем, что произойдёт, когда мы запустим станции!
Оба были на взводе, но Меньшиков остыл первым. Он отпустил плечи Спанидиса, за которые успел уже схватить грека, медленно вдохнул, так же медленно выдохнул и сел обратно в кресло.
- Я понимаю, тебе страшно, но поверь мне, всё будет хорошо, - попытался успокоить он.
- Тебе легко говорить, ты у нас маг и волшебник, единственный в своём роде. Всё видишь, всё знаешь, везде есть, – Ник тоже постарался успокоиться, хотя его всё ещё била мелкая дрожь. - Я даже сомневаюсь, человек ли ты Саша.
- Сам иногда сомневаюсь, - после паузы ответил Меньшиков. – Особенно сегодня. Очень сильно сомневаюсь.
- Что случилось?
- Потом. Как-нибудь. Может быть, - Александр встал, и мрачная тень исчезла с его лица. – Я к тебе вообще вот по какому вопросу.
Он подошёл к столу, схвати первый попавшийся в руки предмет, покрутил его в руках, но так и не понял что это.
- Серёжка мой поймал одного из Пракх.
Спанидис присвистнул от удивления.
- Да, наконец-то эти идиоты сунулись к нам, лично. Пора побеседовать с ними, с глазу на глаз, но так, что бы об этом никто не узнал. Ты же понимаешь, что я не могу заявиться к Сергею и сказать, что мне нужен пленник? Тогда вопросов не избежать, а он-то из кожи вон вылезет, чтобы докопаться до сути. Ты ж его знаешь.
Спанидис кивнул.
- Что от меня нужно?
Меньшиков выпустил из рук непонятную штуковину, и она гулко ударилась о столешницу.
- Нужно изъять кристалл лазария с сознанием Пракх с корабля Сергея, по тихому, а что бы никто ничего не заподозрил, заменить его на повреждённый. Что-то в этом роде. Сделаешь?
- Я-то сделаю, но, - Ник замолчал, внимательно изучая фигуру Императора, стоящего к нему боком и рассеяно смотрящего на разбросанные по столу предметы. Наконец набравшись храбрости, грек спросил. – Может, введём его в курс дела?
- Нет, - резко ответил Меньшиков. – Это может привести к непредвиденным последствиям. Эта нить будущего очень опасна, она может разрушить всё, а я больше не хочу потерять детей.
Спанидис осторожно коснулся плеча императора.
- Пятьдесят лет прошло, Саш. Может пора уже смириться со смертью Людмилы?
Меньшиков повернулся и взглянул в глаза греку и то, что увидел в них Ник, заставило замереть его сердце.
- О! Людмилу я не потерял! Её у меня отняли! Но сегодня я накажу того, кто убил мою дочь!
Глава 6.
Уважаемые читатели. Приношу свои извинения, но разного рода обстоятельства не давали мне возможности продолжать работу над книгой. Со временем я постараюсь уделять больше времени работе над этим произведением, а пока предлагаю Вашему вниманию очередную главу.