- Я тоже видел. И участвовал.
- Тогда чего на это подписался?
- Я участвую в мероприятиях разного уровня.
- А зря. Дешевишь.
Джерри вопросительно повёл бровями, смотря на него.
- Хочешь сказать, что я достоин большего?
- Нет, - равнодушно пожал плечами Шулейман. – Но люди в тебе что-то находят, хотя я всё ещё не могу понять – что в тебе такого особенного, привлекательного? Ничего же.
- Наверное, то, что привлекает и тебя, - вновь, красноречиво, поведя бровями, ответил Джерри и, забрав сумку, вышел, прежде чем Оскар успел что-то сказать в ответ.
Глава 42
Глава 42
Выбор есть: забить или биться,
И сделать следующий ход.
Никто за нас не сможет родиться,
Никто за нас не умрет.
Слот, Бой©
На все оставшиеся, следующие за датскими, рабочие мероприятия Джерри ездил в компании Оскара. Только один раз он успел уйти до того, как Шулейман проснулся и не собирался возвращаться, но тот заявился на место в разгар работы, непонятно как узнав, куда Джерри отправился, тем самым доказав окончательно, что бежать в прямом смысле этого слова от него бесполезно. И Джерри смирился с его временным присутствием рядом с собой.
За проведённое вместе время Джерри успел рассказать Шулейману, что многим положительным изменениям в себе обязан тому, что два года занимался с психотерапевтом, с которой прорабатывал свои травмы и страхи. И не забыл бросить камень в его огород, сказав: «Наконец-то мне повезло, и попался действительно хороший специалист».
Джерри даже добился кое-чего ещё после показа в Копенгагене, это была маленькая победа, но конкретная – Оскар согласился пересесть на такси, когда Джерри наотрез отказался снова садиться с ним в качестве водителя в одну машину. Это стоило долгого разговора-боя и едва ли не драки, которой Джерри всеми силами пытался избежать, поскольку дело происходило на улице, и которую чуть не развёл Шулейман: сказал: «Спорим?» и вознамерился усадить его в машину силой.
Но неважны средства и ход боя, важен результат. А результатом стало то, что Оскар в итоге уступил.
- Провожать меня до двери было совсем не обязательно, - сказал Джерри, развернувшись к Оскару и скрестив руки на груди, когда они подошли к его квартире. Всем своим он показывал, что Шулейман ему уже порядком надоел. - Пока.
- С чего ты взял, что я тебя провожаю? – ответил Оскар, проигнорировав прощание. – Я провожаю себя.
- До моей квартиры?
- Да. А в скорейшем будущем и до кровати.
- Ты в гости напрашиваешься? Я тебя не приглашал.
- И снова ты думаешь не в том направлении. Я не спрашиваю, а ставлю тебя перед фактом – сегодня я ночую у тебя.
- С чего бы это?
- За тобой должок, я же пустил тебя к себе домой. Я не думал, что когда-нибудь у тебя появится возможность вернуть его, но это случилось. Так что открывай дверь и будь гостеприимен.
- Папа заморозил твои счета и выселил из квартиры?
- Нет.
- Тогда тебе есть куда идти. Или можешь снять номер или квартиру, если не хочешь ехать домой в ночь.
- Не хочу, - просто пожал плечами Шулейман. – И не поеду. Сегодня я ночую у тебя, неблагодарное ты существо.
- Я был бы рад отблагодарить тебя, но у меня нет комнаты для собаки, - Джерри открыл дверь, но не стал сразу же захлопывать её за собой.
Это уже стало своеобразной установившейся игрой – Джерри демонстрировал Оскару свою неприязнь, иногда позволяя увидеть, что она наигранная, уходил от него, но на самом деле принимал то, что тот пойдёт за ним и уже не был так уж против.
Оскар без приглашения и беспрепятственно зашёл в квартиру следом за ним, ответил:
- Тебе тогда собачья комната подходила, а мне – не по уровню.
- По какому уровню она тебе не подходит? – Джерри развернулся к нему. – По уровню развития? Это вряд ли.
- Это точно, - парировал Шулейман. – Или ты не в курсе, что люди значительно превосходят собак по уровню интеллекта? Хотя я и не совсем это имел в виду.
Он скинул ботинки, достал сигарету и добавил: