Стало очень жарко и душно в собственной коже. Джерри обмахнулся рукой и прижал её тыльной стороной ко лбу. И зажмурился, потёр лицо и опустил голову, уткнувшись лбом в основание ладони. Кровь ощутимо пульсировала в артериях, кровь горела, варя изнутри.
Шулейман пронаблюдал немного, как его ломает, и произнёс:
- Добро пожаловать в следующую жизнь.
Джерри, как током, пронзило осознанием. Он бы и не поверил, если бы задумался, но сходу понял, о чём говорит Оскар, и это объяснило его внезапное странное состояние.
- Нет… - напряжённо выдохнул Джерри, медленно поворачивая голову к Шулейману.
- Да.
- Я тебя убью…
- Для этого тебе придётся вызвать свою печально известную альтер-личность. Оно того стоит?
- Где ты вообще взял? Ты… Зачем ты это сделал?!
- У всех хороших сервисов есть доставка на дом, это ответ на твой первый вопрос. Ответ на второй – для того же, что и в прошлый раз – чтобы ты расслабился. А то ты, конечно, научился составлять сложные предложения, плеваться ядом и давать отпор, а всё равно напряжён, я же вижу. И из твоих слов сегодня я сделал вывод, что у тебя проблемы с потенцией, вот и решил проверить, насколько всё плохо и есть ли шанс её поднять. О, вижу, уже поднялась!
И Оскар говорил абсолютную правду, её не могли скрыть тонко-тканевые шорты.
- И ты просто очень забавно вёл себя в прошлый раз, - закончил Шулейман.
Джерри не огрызнулся: и не до того было – шутка ли, что Шулейман накормил его наркотой, от которой чёрт знает, что может быть, и не мог.
Он растерянно и обречённо посмотрел на пустой стакан из-под сока – больше некуда Оскару было подбросить опасную дрянь, но даже не мог в полной мере запаниковать, оценить масштабы бедствия – а они потенциально катастрофичны. Мозг превратился в вязкую, субстанцию, в которой захватывали власть возбуждение и разжижающий дурман и застревали мысли-слова.
- И что это? – спросил Джерри.
- Примерно то же, что и в тот раз, но посильнее. Ты же окреп, уже так не уносит. Спецзаказ.
- Ты идиот…
- Расслабься и наслаждайся, - Шулейман похлопал его по плечу и мимоходом, убирая руку, провёл по нему.
Джерри вздрогнул. Даже это простое и невинное прикосновение обожгло. Всё тело словно превратилось в одну сплошную сильнейшую эрогенную зону, оголенный нерв, и напряжение его нарастало, ещё не достигнув своего пика.
- Для того же, что в прошлый раз, ты сделал это? – развернувшись к Оскару корпусом, процедил Джерри, чуть ли не скрипя зубами от злости – от неё сводило челюсти и скулы, а глаза стали чёрными-чёрными и влажно блестели, переполнившись гневом и возбуждением, сильнейшими из эмоций. – Переспать со мной хочешь?
- Ты сейчас неожиданно сексуален, но нет, - спокойно и просто ответил Оскар.
- Я тебе не дамся. А правильнее сказать – только через твой труп! Понял?
- Ты меня слышал плохо? Не нужен ты мне. Иди сюда, - Оскар потянул Джерри к себе, и тот снова процедил:
- Убери от меня свои руки.
- Да ладно, успокойся и иди сюда. Обещаю, что приставать не буду, - Шулейман всё же притянул его, усадив к себе под бок и обняв одной рукой за плечи, придерживая. - Более того – ничего не будет, даже если ты сам захочешь. А ты захочешь. Ты уже хочешь.
- Отпусти меня, - уже сам себе не веря, потребовал Джерри.
Разум стремительно отказывал, сдаваясь дурману, а тело – уже отказало. А Оскар, усмехаясь, трогал его, гладил, сперва будто бы невзначай, а потом целенаправленно, издеваясь и доводя.
Каждое прикосновение отзывалось спазмом, в паху чуть ли не стреляло. Закрыв глаза и позабыв себя, Джерри выгибался, горел и задыхался, давился сумасшедшим сердцебиением. А ведь Шулейман даже не ласкал его в привычном понимании этого слова, его руки не касались груди и живота и, когда переходили на ноги, не приближались к паху.
Последним усилием Джерри дёрнулся из его рук, уклоняясь от касаний, но не рассчитал и свалился на пол, на колени.
- Ты куда? – весело воскликнул Оскар и схватил его за шкирку, потянув обратно на диван.
Джерри вырвался, Оскар за ним, не дал подняться на ноги. Завязалась непонятная борьба, в ходе которой Джерри оказался уложен на лопатки и распластан на полу и сверху придавлен Шулейманом. Верхней поверхностью бедра тот давил Джерри на пах, а маломальские движения обоих создавали трение, отчего перед глазами темнело и срывало остатки крыши.