Оглянувшись и прислушавшись, не идёт ли доктор-пьяница, Джерри прошёл через комнату и взял пакетик. Таблетки в нём были похожи на те, которыми когда-то Шулейман накормил Тома, а значит, они явно обладали теми же свойствами, остались с его «спецзаказа».
Всего в пакетике было семь таблеток. Ждали своего часа, чтобы взорвать мозг.
Оскар говорил, что этот препарат сильнее. Взяв это во внимание, помня, что Том принял три, и сопоставив свой и Шулеймана вес, Джерри отмерил четыре таблетки, убрал их в карман, забрал початую бутылку коньяка и покинул спальню. На кухне он раскрошил таблетки в порошок, всыпал его в бутылку, хорошенько встряхнул и оставил её там. Вряд ли Шулейман помнит, где кинул её.
Так, если Шулейман выпьет волшебный коктейль, появятся сразу несколько путей, как от него избавиться, а которым пойти – покажет время и обстоятельства. И маленькую месть тоже никто не отменял.
Вскоре раздался крик Оскара:
- Ты не видел мой коньяк?
Экзамен на внимательность он не пришёл. Прекрасно. Эта информация в копилочке знаний не будет лишней, на всякий случай.
- Тебе надо, ты и ищи, - также громко ответил Джерри.
Шулейман появился в поле зрения, зашёл в гостиную.
- Ты снова со мной разговариваешь? – произнёс он. – Чудно. А то я уже волноваться начал, что у тебя на фоне сексуальных переживаний речевой центр отказал. Или таблетки бракованные оказались. Всякое бывает.
- Если волнуешься, зачем тогда накормил меня этой дрянью? Я же и умереть мог. В прошлый раз ты сам говорил, что долго не мог меня разбудить, но при этом догадался повторить, ещё и более сильный препарат выбрал.
- Тебе плохо было в этот раз? – резонно и абсолютно спокойно поинтересовался Шулейман. - Нет, не было, ни в процессе, ни после, я видел. В чём причина твоего недовольства?
- В том, что могло быть иначе. И – мне не нравится, когда меня без моего ведома накачивают наркотой.
- Окей, в следующий раз спрошу.
- В следующий раз? – переспросил Джерри с такой интонацией, чтобы было понятно, что никакого следующего раза не будет и быть не может.
- Да, - всё также спокойно кивнул Оскар. – Тебе же понравилось, - он улыбнулся, подошёл. – А если будешь хорошо себя вести, покажу, как круто с ними может быть.
- Хорошо себя вести, в твоём понимании – это обдолбаться и отдаться тебе?
- Если соберёшься мне отдаться, лучше прими это решение на трезвую голову, чтобы без истерики наутро.
- Ты заботишься о моём душевном равновесии? Я сплю?
- А ты спишь и видишь, чтобы я о тебе позаботился? – с ухмылкой поинтересовался Оскар.
- Да, - неожиданно для него безо всякой иронии согласился Джерри. – Хочешь узнать, о какой заботе я мечтаю? – посмотрел на него проникновенно снизу.
- Давай.
Джерри встал, шагнул к нему близко.
- Я мечтаю о том, мне снится, что я просыпаюсь, а ты… навсегда исчез из моей жизни.
Оскар беззвучно усмехнулся, склонился к нему и шепнул на ухо:
- Врёшь, - и взял рукой за поясницу.
Джерри упёрся ладонями ему в грудь.
- Что-то в твоих действиях в мой адрес всё больше не того подтекста. Тебе определённо пора возвращаться к привычной жизни, в Ниццу к проституткам. А то, боюсь, сбудется не мой сон, а мой кошмар – проснусь и обнаружу, что ты мне куда-нибудь вставил.
- Всё-таки недолечили тебя, и секс с мужчиной по-прежнему остаётся твоим самым страшным кошмаром? Так не надо было давать за место под солнцем. Мог бы ко мне по старой памяти обратиться, я бы и за так помог. А уж благодарить меня за это или нет – твоё дело.
Джерри несколько опешил. Он полагал, что Оскар не такая уж бездушная скотина, какой кажется или хочет казаться, и при правильном подходе с него можно немало поиметь, о чём, увы, так и не догадался Том, но вот так услышать это от него самого. В глаза. Самым простым текстом.
Но внешне он не дрогнул и спросил в ответ:
- А что взамен? Пожизненное рабство у тебя?
- Интересные у тебя фантазии.