Выбрать главу

- Это воспоминания.

- В таком случае ты сейчас должен быть у меня дома на цепи, поскольку вольную я тебе не давал. Или ты не знаешь определение слова «рабство»?

- И вот мы плавно перешли к твоим фантазиям, - покивал Джерри и сложил руки на груди, повторяя позу Оскара. – Избавь меня от них, хорошо? Нет ни малейшего желания слушать это и тем более участвовать.

- Окей, обсудим в другой раз. А сейчас вернёмся к первоначальному незакрытому вопросу – где мой коньяк? Спрятал? Вылил снова?

- А смысл? Ты всё равно купишь новый.

- Действительно, - согласно кивнул Шулейман. – Никак не могу привыкнуть к тому, что ты научился думать, тем более на опережение. Может, поможешь найти, раз такой умный?

- Для того, чтобы что-то найти, нужно думать как предмет поиска, а у тебя в данном случае это получится куда лучше.

Но впоследствии Джерри сдался, поскольку ему надоел этот бессмысленный разговор, тянущий время, и отправился помогать искать «потерянную» бутылку. Ожидаемо, она нашлась на кухне, где он её и оставил.

- Эта? – спросил Джерри, подняв бутылку, и поставил её на стол, когда Оскар возник в дверном проёме.

Шулейман молча подошёл, взял её, цепко и бегло глянув на этикетку, и глотнул из горла.

- И как она сюда попала? – проговорил он, вновь глянув на этикетку, сделал ещё один глоток и протянул бутылку Джерри. – Будешь?

- Нет.

- Яду подсыпал, что ли?

- И как ты догадался? Весь план насмарку, - Джерри состроил раздосадованную мину. – Может, всё-таки выпьешь, а?

- Ага, за твоё здоровье, - Оскар отсалютовал бутылкой и поднял её к губам, но не выпил. – А нет, это уже не актуально. За… - протянул, щёлкая пальцами.

- Пей без тоста, не стесняйся.

- И правда.

Пронаблюдав, как Оскар прикладывается к бутылке, Джерри спросил:

- Может, бокал тебе дать?

- Ага. В спальню принеси, - Шулейман щёлкнул пальцами в сторону двери и покинул кухню.

Бокал Джерри не понёс и ушёл в свою спальню, дожидаться, когда подействует волшебный коктейль. Расположился на кровати и, надев наушники, включил на ноутбуке кино.

Как назло в фильме была очень красивая и чувственная эротическая сцена, длиной в мучительно долгие три минуты волнующего действа. Тело отозвалось на картинку, заныло в паху.

Три недели без секса. Иной раз – как сейчас, его уже хотелось до ломоты в яйцах, до свинцовой тяжести и отъезжающей крыши. И как раньше обходился без него годами?

Рука, лежавшая на животе, сама собой поползла вниз и остановилась у кромки тёмных домашних штанов.

Джерри взглянул на дверь, замерев на две секунды в раздумьях. А затем снял наушники и отставил ноутбук. Снова, уже кончиками пальцев, провёл по торсу, от груди к низу живота, и запустил ладонь в штаны, закрыв глаза и откинув голову на подушку.

Хотелось полноценной качественной близости, контакта, но хотя бы так, раз пока секс недоступен, хотя бы получить разрядку. Ведь том числе от неудовлетворённости уже брали нервы. А может, и только из-за неё.

Джерри ничего не представлял и ни о чём не думал, хватало самого по себе растревоженного желания, чтобы плоть под пальцами наливалась и пульсировала. Он вдохнул ртом, закусил губу и, приязненно жмурясь, вжался затылком в подушку, задвигав рукой чуть быстрее.

И грохнула об стену, распахнувшись, дверь. Джерри не дёрнулся от неожиданного вторжения в столь интимный момент и не смутился, даже руку из трусов не убрал. Открыл глаза и посмотрел на стоящего на пороге, упирающего руки в бока Шулеймана.

- Настраиваешься? – звучно произнёс тот. – Правильно. Я твой намёк уловил, - он прошёл в комнату и закрыл за собой дверь.

Джерри только вопросительно поднял брови и всё-таки убрал ладонь, положил её на живот. А Оскар продолжал:

- Но опаивать меня было совсем не обязательно, у меня и без таблеток всё хорошо работает. Вижу, ты это забыл, сейчас напомню. Без проблем.

- Оскар, ты о чём? Выйди, пожалуйста.

- Что, закончить хочешь? Не беспокойся, кончишь. Наверное. Снимай трусы.

Оскар выдержал коротенькую паузу, в которую Джерри бы не успел ответить, даже если бы собирался, и продолжил:

- Не хочешь? А зачем тогда это сделал? Думал, я ничего не замечу и не пойму, в чём дело? Гаденько это, знаешь ли, исподтишка действовать.