Из подвала выходить не пришлось. На правой от кровати стене была дверь, неприметная настолько, что Джерри, сколько ни оглядывался, не зацепился за неё взглядом. За дверью скрывалась затхлая ванная комната с душевой кабиной, унитазом и мелкой белой плиткой на стенах, между прямоугольниками которой пролегали чёрные швы.
И насчёт неизбежного освобождения Джерри тоже ошибся, в ванной тоже была цепь и крепёж для неё. Ни на секунду он не остался без оков: как и в прошлый раз, Стен сперва надел новые, а затем только снял старые. Всё просчитано.
Стен отрегулировал цепь, чтобы руки Джерри были задраны вверх и немного согнуты в локтях, и включил сильно тёплую воду. Поток воды, полившийся из лейки в лицо и на голову, отвлёк от всех мыслей: Джерри, задрав голову, стал жадно глотать её. Затем до боли резко вспомнил, как Том точно также судорожно глотал воду и никак не мог напиться, и глоток встал поперёк горла. Такие схождения могут стать провокатором переключения, лучше их не допускать.
Второй мыслью пришло, что и просто не следует так набрасываться на воду после долгого воздержания, может попросту вырвать.
Джерри струйкой выплюнул то, что было во рту, и следующий глоток сделал маленький и осторожный.
Стен отрегулировал цепь, чтобы руки Джерри были поднятыми и согнутыми в локтях, отодвинул Джерри назад, чтобы вода не лилась на него, и взял с полки мыло.
Ладони легли на плечи и начали неспешно намыливать круговыми движениями. Джерри смотрел во влажную от конденсата, покрытую каплями стенку, чувствовал прикосновения как через ватную прослойку, они не заботили – только бы руки не подбирались к горлу.
Пар стремительно заполнял небольшое помещение без вентиляции, повышая влажность до максимума. Дыхание от него становилось глубже и тяжелее.
Испитой воды хватило, чтобы унять первую, критическую жажду, голова прояснилась, и пробудился желудок, начало возвращаться чувство голода. Заурчал живот, но звук поглотил шум воды.
Стен настроил более прохладную температуру воды. Продвигался сверху вниз. Достигнув ягодиц, остался у Джерри за спиной и скользнул мыльными ладонями ему на грудь, повторяя путь, задев рёбрами ладоней маленькие соски. Считывал своей кожей и плотью хрупкость очаровательных, легко прощупывающихся косточек. Поддавшись желанию, подался вперёд и, прикрыв от удовольствия глаза, втянул воздух у его затылка: запах его волос, кожи, тела.
Джерри не слышал вдоха, но каким-то шестым чувством почувствовал это действие, как третьим глазом увидел, что происходит за спиной. И мысленно собрался, вытягиваясь в струнку, готовясь – ко всему. Напряжённо скосил глаза, не поворачивая голову ни на миллиметр. Вслушивался: в себя, в воздух, отделяя его от шума воды.
А Стен вернулся к мытью, опустился руками ниже пояса и через какое-то время, намылив всё тело парня, ополоснул его водой, разбавляя укрывшую тело пену. Провёл пальцами от подколенных впадин вверх, размазал текущую пену по острым лопаткам, по плечам. И снова вниз, задержался на ягодицах, погладил правую, левую, обе, сжал ладонями, разминал, несильно растягивал в стороны. Впав в подобие транса. Зверь внутри заполнил всё нутро чернотой и буханьем пульса, застилающим взор.
Пальцы скользнули меж ягодиц, коснулись сжатого колечка мышц.
Сейчас всё и должно случиться, сейчас Стен что-то сделает с ним. Всё на то указывало. И Джерри был готов и спокоен – пусть, изнасилование он перетерпит, переживёт, главное, выбраться отсюда живым и невредимым. Пусть берёт своё, если такова цена свободы.
Но что-то подсказывало, что всё не так просто. Если бы Стен хотел, он бы уже два десятка раз мог над ним надругаться, мог сделать это ещё тогда, когда он был в отключке. Его желания явно были глубже и обширнее примитивных сексуальных.
«Есть два типа жертв: первых он только насилует и отпускает, вторых замучивает до смерти», - всплыл в голове вывод, сделанный после прочтения информации о злодеяниях Стена.
«Я принадлежу ко второй».
Как подтверждая правильность его мыслей, Стен прекратил свои действия и переключился на мытьё головы. Всё остальное время в душе он вёл себя абсолютно обычно и невинно, обтёр Джерри полотенцем, завернул в него и повёл в комнату.
И вновь оковы сменялись так, что без шансов: надел новые, затем снял прежние, в зоне досягаемости был ключ только от одних, что лишало смысла попытку забрать его.