На какое-то время у неё точно отпадёт желание сунуть нос в его жизнь, потому что её задело, обидело, а она гордая. Но потом, скорее всего, её попустит, любопытство взыграет, и она подойдёт с вопросами к любимому старшему братику Кими.
Джерри вскользь задумывался о том, чтобы отомстить ему, но специально искать его и марать руки не хотелось, не заслужил. Но жизнь негаданно подкинула идеальный способ это сделать. Лучшая месть – ледяная, отсроченная, которая неизвестно когда ударит разрывным снарядом в спину, справедливая.
Кими сам себя наказал. Рано или поздно правда всплывёт, теперь это лишь вопрос времени, и он потеряет то, за что боролся, семью, потому что стая не прощает подлецов и предателей.
Проведя Оили взглядом, Джерри, прикрыв глаза, облегчённо выдохнул. Но оставалось ещё одно «но».
Подождав пять минут, он вышел на улицу и сел в ожидающий напротив входа автомобиль.
- Как прошёл разговор? – участливо поинтересовалась Бо.
- Хорошо. Только затянулся немного, думаю, ты заметила.
Помощница кивнула, закусила губу, но всё-таки спросила, потому что распирало:
- Это твоя знакомая? Та девушка?
- Она не представилась? – будто бы между прочим спросил в ответ Джерри.
- Нет, сказала только, что ты её ждёшь.
- Это поклонница, приехала издалека. Не мог же я не уделить ей хоть чуточку времени?
- Да, это было бы некрасиво. Но ты имеешь на это полное право.
- Мне несложно.
Джерри отсел к дверце, закурил и, приоткрыв окно, выпустил в него струю дыма. Губы изогнула торжествующая улыбка.
Глава 17
Глава 17
Хэллоуин – сколько в этом слове особенного и личностно значимого.
Была такая супермодель ещё с девяностых – Хеди, которую в тусовке шутя называли «нестареющая стареющая девочка» за неестественную моложавость, смешливость и вечную улыбку до ушей. Каждый год, чередуя Лос-Анджелес и Берлин, она устраивала вечеринку в честь Дня Всех Святых, называемую самой громкой и лучшей по обе стороны океана, куда созывала всех друзей и видных знакомых из модной индустрии и шоу-бизнеса. Там появлялись другие модели, дизайнеры и фотографы, музыканты, меньше всего представителей актёрской профессии. А также она взяла моду приглашать к себе яркий и подающий надежды «молодняк», в разряд которого в этом году попал Джерри.
Первым делом Джерри хотел отказаться, как сделал в прошлом году, с другой вечеринкой, сославшись на то, что сезон ещё не закончился, завтра рано вставать и так далее. Но потом решил – почему бы и нет? Есть нечто заманчивое и волнующее в том, чтобы отметить праздник, с которого когда-то всё началось: снова пойти на вечеринку.
Выбирая костюм, Джерри раз за разом вспоминал то, как Том готовился к первой в своей жизни и последней вечеринке, его костюм и даже думал – может, повторить его, быть вампиром? Но в итоге избрал другой вариант. Он не придумывал названия, образ составил из отдельных частей.
Чёрный парик – дань прошлому, всё же захотелось её отметить в настоящем. Чёрные же штаны с широким атласным поясом и босые ноги – думал сначала о ботинках на грандиозном каблуке, но отказался от этой идеи, поскольку не любил их носить, только если на работе приходилось. Чёрные склеральные линзы, вдобавок к наращённым – накладные ресницы и замазанные, мертвенные губы. Огромные, размахом в два с половиной метра, тёмные крылья, отливающие бронзой. И длинные изогнутые рога в цвет им. Острые накладные ногти-когти, «сажа» на пальцах.
Отсутствие рубашки подчёркивало контраст белой фарфоровой кожи и тёмных цветов и выставляло напоказ длинный шрам на груди. И как вишенка на торте – натуралистичное сердце в руке, кровавое, текущее.
Для вечеринки Хеди арендовала настоящий замок, который со своими готическими башнями и мрачной кладкой смотрелся невероятно атмосферно на фоне затянутого рваными тучами неба.
Джерри разулся у входа и оставил ботинки. Практически сразу ему навстречу выскочила хозяйка вечера в образе мёртвой, судя по сине-серому цвету кожи и прочим штучкам, невесты.
- Привёт, Джерри! О, оригинально, - она ткнула пальчиком в сердце в его руке.
- И тебе привет, Хеди. Рад познакомиться лично, раньше я о тебе только слышал.