Подождав, пока Монти отснимет достаточно «гениальных кадров», Джерри сел ровно и, чуть морщась, завёл руку за спину, тронул там. И посмотрел на пальцы. На пальцах была кровь.
- Это потрясающе! Можно даже не снимать дальше, эти кадры проймут любого! Это же в самое сердце! – продолжил Карлос и подошёл к ним, и осёкся. – Джерри, что с тобой? Что это? Кровь?!
Он взглянул на спину Джерри и вскинул ко второму парню мечущий гром и молнии взгляд.
- Ты чудовище криворукое! Ты что делаешь?! Ты головой думаешь?! Я тебе голову эту отверну за такие вещи!
- Я не думал, что они вместе с кожей оторвутся… - попытался оправдаться Леокэдайо.
- Вот именно, ты не думал! Что нам теперь с этим делать?!
- Карлос, всё в порядке, - вмешался Джерри. – Я могу продолжать.
- Да? А тебе не надо в больницу? Или аптечку?
- Успею. Почему бы, раз уж так получилось, не использовать эту неприятность? Теперь мне на самом деле сломали крылья, вырвали их.
Было видно, что Карлос старается не поддаваться искушению, но глаза его загорелись, и он, схватив лицо Джерри в ладони, смачно поцеловал его, после чего отбежал, чтобы продолжить снимать.
- Как только закончим, я сам отвезу тебя в больницу! – проговорил он.
- Достаточно будет антисептика. Попроси, чтобы купили, - ответил Джерри и развернулся спиной к камере, повернул голову вбок и скорбно потупил взгляд.
На лопатках пылали две кровавые полосы – словно следы былых крыльев. Очень символично.
Для серии финальных кадров он лёг ничком и закрыл глаза. Ангел сломался, не пережил столько боли.
Карлос от души и с присущим ему энтузиазмом предлагал Джерри остаться до завтра, сейчас перекусить где-нибудь, а потом погулять, покутить, но Джерри отказался.
Прямиком из студии Джерри поехал в аэропорт и, сев в зале ожидания, посильнее натянул капюшон на лицо.
До вылета оставался час и одиннадцать минут.
Глава 28
Глава 28
Я вырос, падре. Давненько вырос.
Иконы сгнили, расчищен клирос, в твоей крови, как смертельный вирус, сумею долго ещё прожить.
Разбитый рот перепачкан алым, ты медлишь, будто бы ждёшь сигнала. Таким, как ты, постоянно мало — ты хочешь больше?
Тогда свяжи.
Ёсими©
По возвращению в Париж охватило умиротворение. Не случилось ничего того, чего опасался. Он дома и всё хорошо.
По дороге домой Джерри зашёл в ресторан, где можно было взять еду на вынос: хотелось есть, но не готовить, не сейчас. Сделав заказ, он занял столик около панорамного окна, за которым зачинались сумерки, снял капюшон и коротал время в телефоне. Он не заметил и не почувствовал, что кто-то слева, замерший в пяти метрах от него, вперился взглядом в его левую руку, затем поднял глаза к его лицу. Смотрел долго, пристально, разглядывал – не веря первому впечатлению, считывал и сверял черты; на кухне кипело масло и работа. И, наконец, подошёл столику Джерри.
- Том?
У Джерри свело и зубы, и челюсти. Ещё до того, как посмотрел, он узнал этот голос. Он узнал бы его из тысячи. Ошибка исключена [а как бы хотелось ошибиться]. Голос принадлежал человеку, которого он желал видеть меньше всего в жизни. Как когда-то, когда пришлось резать руки и импровизировать на грани, потому что из-за двери звучал этот же самый голос.
Джерри поднял к нему взгляд и изобразил на лице крайнее изумление.
- Ой, не помню, как вас зовут, - проговорил он. – У вас фамилия ещё такая красивая… Вы приходили ко мне в больницу.
- Я Ян.
- Точно, Ян.
- Что ты здесь делаешь? – серьёзно спросил мужчина, не сводя взгляда с его лица.
- Заказ жду.
- Я имел в виду в городе.
- В Париже?
- Да.
- Я недавно сюда переехал. А вы, вы тоже здесь живёте?
- Нет, я здесь по работе.
«Какая прелесть», - процедил про себя Джерри.
Так боялся встретить Яна в Лионе, принял все меры предосторожности, но случай оказался хитрее, у него отменное чувство юмора. Если бы он послушал Карлоса и задержался в Лионе, он бы ни сегодня, ни потом не зашёл в этот ресторан, потому что он был не рядом с домом, и не встретил бы Яна. Если бы не решил, что сегодня он не хочет готовить. Ян бы спокойно себе уехал обратно, они бы разминулись. Если бы. Но частица «бы» наделяет бессмысленностью всё, что стоит после неё, потому что этого уже не случилось.