Джерри случайно задумался о том, что крысы по каким-то причинам не тронули гениталии, и том, что, если бы это было не так, было бы совсем не весело, и, не сдержавшись, неуместно засмеялся.
- Что такое? – Кристина остановилась и посмотрела на него.
- Щекотно, - соврал Джерри, не переставая улыбаться, облизнул губы.
- Извини.
Кристина хотела убрать руки, но Джерри остановил её:
- Ничего. Продолжай. Мне приятно.
Кристина возобновила движения, снова и снова забиралась неприлично и волнующе высоко. Мозг туманили два желания – хотелось уже залезть ему в ширинку. И хотелось опуститься и провести языком по росписи шрамов, попробовать их на такую ощупь, именно на ногах, где их было больше всего.
Наверное, с ней всё-таки что-то не так. Нормальные люди испытывают при виде увечий отвращение или жалость, но никак не трепет и желание касаться, гладить, целовать.
Хотелось.
Много чего хотелось, отчего тянуло низ живота и тянуло потереться промежностью об его ногу. И заняться диким сексом прямо здесь, на подоконнике.
Но она сдержалась во всём. Упёршись в его бёдра и спрятав кончики пальцев под подворотами шортов, Кристина произнесла:
- Ты уже знаком с моими достижениями. Покажешь свои? Мне тоже интересно посмотреть, чем ты занимаешься.
- Хорошо. Пошли.
Они устроились на диване в гостиной. Джерри открыл подборку своих работ и передал ноутбук Кристине. Она с интересом листала фотографии, рассматривала. И остановилась на фото, где был пастельно-розовый, напоминающий цвет фламинго фон и совсем не было одежды.
- Ты умеешь садиться на шпагат? – удивлённо спросила она, посмотрев на Джерри.
- Да, умею.
- Покажешь?
Джерри встал с дивана, Кристина отставила ноутбук. Размявшись, он поставил ноги шире плеч и довольно легко разъехался, пока не коснулся пола.
- Класс! – воскликнула Кристина. – Вот это гибкость.
- Я ещё не то могу, - воодушевлённый её восторгом, улыбнулся Джерри.
Это было странно и непривычно, он же не примитивный, как собака, он никому ничего не доказывал. Но от её реакции, от искорок в голубых глазах хотелось сделать больше, хотелось быть героем.
Джерри свёл ноги и поднялся, и встал из положения «стоя» на мостик, выгнув позвоночник до предела. Кристина, не тая эмоций, сорвалась в аплодисменты.
Дальше больше.
Сконцентрировавшись, чувствуя и контролируя каждую мышцу, Джерри плавно оторвал правую ногу от пола и потянул её верх. Затем вторую. И перевернулся через себя, упёршись ступнями и ладонями в пол.
- В такой позе у тебя очень красиво смотрится попа.
Джерри удивлённо обернулся через плечо.
- Неожиданный комплимент.
- Я тоже умею удивлять.
Хитро улыбаясь, Кристина подошла и резко дёрнула за лямку шорт. Свободная вещь легко соскользнула с бёдер.
- Эй! - Джерри рефлекторно дёрнулся, чтобы подтянуть шорты, и, потеряв одну из точек опоры, грохнулся на колени. И рассмеялся с этого.
Кристина села на пятки рядом, обняла его со спины, так, что обоим стало трудно дышать. И в приступе какого-то воспалившегося обожания принялась покрывать отрывистыми, беспорядочными поцелуями его шею сбоку и сзади.
«Мне кажется, я тебя люблю».
Джерри сжал её пальцы, сжатые в кулак у него под сердцем, чувствуя в этот момент что-то незнакомое и такое приятное, берущее начало в сердце и разливающееся теплом по всему телу. Потом повернул голову, ловя её губы и подставляя свои.
Целоваться в таком положении было неудобно, они едва касались губами и играли языками. До коротких замыканий в мозгу.
Чувствуя, что вот-вот сдохнет от почти болезненного счастья, Кристина уткнулась носом ему в плечо и замерла. Она прижималась так сильно, что Джерри мог чувствовать, как громыхает её сердце.
- Джерри, помнишь то платье, которое висит у тебя в шкафу? – проговорила девушка. – Ты сильно удивишься, если я попрошу тебя его надеть?
Эта идея-фантазия появилась в её голове, как только увидела платье. И сейчас, не лицом к лицу, решилась её озвучить.