«Его избили» - такой была первая возникшая в голове мысль. За ней немного опоздала память о том, что он был на тренировке, и, верно, синяки связаны с ней.
- Пошли, - почти строго сказала Кристина и потянула его за руку.
В спальне она уложила Джерри на кровать, сказав, что побои нужно обработать, и сходила за аптечкой, которую ещё во второй день заметила в ванной. Вывалила её содержимое на постель и с упорным видом перебирала его, вчитываясь в каждое название. И растерянно и бессильно опустила руки, поняв, что в аптечке нет ничего похожего на мазь от ушибов или бальзам с анальгетиком. После того, как ещё в сентябре закончился последний тюбик, Джерри так и не купил новый.
- У тебя ничего подходящего нет… - проговорила Кристина и вскинула голову. – Хоть льда принесу, нужно приложить холодное.
Она вновь ушла и вернулась.
- Льда нет. Только это, - подняла упаковку замороженного куриного филе.
Джерри совершенно неуместно посетила странная и довольно отвращающая мысль о том, как они могут использовать его. А так не раз получалось, что они втягивали в свои утехи то, что было поблизости и то, что использовали до того, как кинуться в объятия друг друга.
- Кристина, прошу, не надо обкладывать меня сырым мясом, - попросил он, приподнявшись и отодвинувшись к спинке кровати. – Со мной всё в полном порядке. После тренировок я всегда в синяках.
- Всегда? – Кристина села на край кровати. – Что за садист твой тренер?
- Он лучший, - ответил Джерри и усмехнулся: - Самый лучший среди садистов.
Кристина отложила лоток с курятиной на тумбочку, убрала назад волосы. На её щеках ещё пылал румянец почти саднящего возбуждения, но она не собиралась снова лезть к нему, боясь причинить большую боль. Пока – пока ещё была способна соображать. Хватит того, что в первый раз целовала именно так – через боль и с кровью.
- С ногами то же самое? – спросила она.
- Нет.
Кристина не поверила ему на слово. Расстегнула его ремень и штаны, осторожно стянула их, зацепившись взглядом за его тоже не угасшее возбуждение, отчётливо проступающее в трусах. Сглотнула. Затем опустила глаза к крупному кровоподтёку на его левом бедре, и сердце обдало томящей жалостью с низкой и постыдной примесью чего-то ещё – наплевательского, безрассудного, в чём-то садистского. Того, что толкнуло впервые вкусить его губы с кровью и не дало отпрянуть, когда увидела его изувеченное тело.
Джерри сел и придвинулся к ней, смяв и скомкав покрывало. Заглянув в глаза, поцеловал в щёку возле уголка губ, в губы – по-детски, невинно, а после по-настоящему, придерживая ладонью за щёку. Кристина ответила, забываясь, но, когда пульс вновь начал предельно долбить по сосудам, опомнилась, отстранилась.
- Ляг.
Джерри исполнил просьбу с оттенком требования. Представил, как смотрится со стороны: с растрепанными после тренировки, местами влажными от пота волосами, в распахнутой рубашке и куртке, которую успел только расстегнуть, когда подошла Кристина. В спущенных джинсах, сковавших ноги на уровне колен, и с натягивающей трусы эрекцией.
Кристина подползла, перекинула волосы на правое плечо и приблизилась к нему, но не налегла всем телом, как любила делать, а упёрлась руками в кровать по бокам от его плеч, крепко поцеловала.
Обещание быть хорошей девочкой и не трогать его, данное самой себе, со свистом съезжало в тартарары вместе с крышей. Не могла она к нему не прикасаться, когда он вот так рядом. Особенно сейчас, когда он был такой непривычно другой, одетый и раздетый одновременно, вспотевший, лежал перед ней со спущенными штанами, раскинув красивые длинные ноги.
Джерри приподнялся, скользнул ладонями по её талии и потянул к себе, но Кристина упёрлась рукой в его плечо.
- Лежи. Тебе не надо двигаться.
Джерри не сдержал смешка.
- Кристина, я в полном порядке, правда.
- Тебе больно.
- Есть немного. Но не нужно меня беречь. Я не такой нежный и хрупкий, каким кажусь.
- Я знаю. Ты сильный, - серьёзно и просто, без тени сомнений ответила девушка. Села на пятки у его бёдер. – Но позволь мне за тобой поухаживать.
Кристина снова склонилась над ним, но увернулась от подставленных губ и поцеловала в висок, под ухом и ниже.