- Внушает, - прокомментировал один из техников, восторженно смотря на эту махину.
- Внушает, - согласился Науменко и вспомнив о происходящем быстро стал переодеваться в облегающий тело спецкостюм черного цвета, - Подготовьте шлюза для выхода.
- Уже готов.
Сергей, переодевшись, активировал Умельца и тот раскрыл свое туловище, приглашая человека стать его душой. Науменко ловко запрыгнул внутрь. Продел ноги в ноги, надел нейрошлем и просунул руки в руки. Он отдал пару мысленных команд, и Умелец закрылся, надежно замуровав его внутри себя. Пилот Умельца проделал пару тестов, подвигал конечностями, покрутился на месте и удовлетворенно дал знак, что готов к выходу.
-Сергей, - окликнул его Швед, стоящий справа от него.
Науменко повернул туловище Умельца в сторону старого инженера, решив не пользоваться мониторами обозрения, а посмотреть в глаза старику лично.
-Удачи, - напутствовал Кирилл Петрович.
В его взгляде одновременно читались и обеспокоенность, и страх, и надежда. Науменко коротко кивнул головой и зашел в уже открытую для него шлюзовую камеру. Переборка захлопнулась, и аппаратура стала выкачивать из камеры воздух.
Сергей поймал себя на том, что сильно вспотел. Он активировал систему микроклимата и позволил прохладному потоку воздуха сдуть с лица капельки пота. Сердце бешено билось, а в голове было пугающее отсутствие связных мыслей. Ничего кроме животного страха, волнения и чувства, что надо выполнить эту миссию во что бы то ни стало. А иначе. А иначе погибнут те, у которых есть жены, мужья, дети и друзья. А иначе кому-то, как и ему, придется заново учиться жить, учиться смотреть на солнце, смотреть людям в глаза, смотреть в будущее. Он не хотел, чтобы кто-то испытал такую же страшную боль, которую испытал он. И лучше он погибнет, пытаясь спасти попавших в беду людей, чем будет сидеть и ничего не делать, зная, что может помочь. Да. Лучше погибнет…
Его мысли оборвал предупреждающий сигнал и сообщение, вспыхнувшее на одном из мониторов: “Открытие шлюза через 5,4,3,2,1”. Перегородка, отделяющая Сергея от бесконечности, беззвучно отползла в сторону, открывая тому вид на красивейшую россыпь звезд. Науменко молча стоял и впитывал эту красоту в себя. Вдруг он понял, что так влекло и влечет тех людей, которые тогда, в прошлом, и сейчас связывают свою жизнь с изучением и освоением космоса. Какая-то неведомая сила тянет их, тех, кто когда-то, как и он сейчас, сумел увидеть вечную красоту Вселенной.
-Сергей, почему ты стоишь?! - взволнованный но по-прежнему сильный голос капитана вывел его из оцепенения.
-Все нормально! Нормально! - повторил Науменко и добавил, - Я выхожу.
Из сопел Умельца начали периодически вырываться струйки сжатого газа, выводя массивную металлическую тушу в открытый космос. К задней части Умельца был прикреплен канат шлюзового моста. Сергей медленно, но верно подлетал к хвостовой части американского корабля, где располагался двигательный отсек. Чем ближе он был, тем отчетливее видел раскуроченный корпус корабля. Трубы и провода фантастическими венами торчали из тела этого раненного существа. Вместо плоти, внутри рана была заполнена листам металлической и композитной обшивки, перемешанной с пластиком. Пол минуты и Науменко уже был возле поврежденного отсека, прикрепившись к нему специальным выдвижным магнитным захватом.
-Господи ну и каша, - вслух прокомментировал он, - Пробую пробраться внутрь.
Одной рукой он вцепился в целую часть обшивки, а другой схватил один из кусков, закрывавших вход внутрь. Внутри Умелцьа загудели сервоприводы. Небольшой сноп искры и Науменко успешно выдирает огромный двухметровый кусок обшивки и отбрасывает его в сторону. Так методично и хладнокровно он отправлял в открытый космос обшивку, куски пластика, части искореженного оборудования, оплавленные куски цистерн для хранения топлива, изогнутые и скрученные непреодолимой силой трубы и все прочее, что являлось частью этого затора.