– Я не нашёл больше никаких упоминаний о подобных проектах. Похоже, здесь такой информации просто нет. Прости, – Влад развёл руками.
– Чёрт! Потратили столько времени и всё впустую. Ни одной зацепки, – Озимцев в сердцах стукнул кулаком по столу.
– Вообще-то, я надеялся, что информация о её местоположении вам пригодится, – Владыка виновато опустил глаза.
– Ладно, есть же ещё зацепки, – Ира успокаивающе положила руку ему на плечо. – Что там с поиском источника сигнала? – обратилась она к Владу.
– Сейчас посмотрим… Ещё три часа до конца вычислений, но точно определить местоположение объекта всё равно не удастся. Расхождение может составить несколько сотен километров во все стороны.
– Это гораздо лучше, чем колесить по всей стране, – хмыкнул немного успокоившийся Гена.
– Программа уже исключила все страны СНГ, а так же Северный Кавказ, Южный, Центральный и Приволжский федеральные округа России, но, по-прежнему, остаётся большая территория для поиска.
– Что он в России мы и так знали почти наверняка, – Ира вздохнула. – Придётся ждать эти три часа. Можно как-нибудь увеличить точность окончательного результата?
– Зависит от многих факторов, например…
Пока Ира разговаривала с Владом, Гена подошёл к окну. Ему всё ещё надо было прийти в себя. Столько стараний, столько часов поисков и ожиданий, а они всё ещё не узнали практически ничего нового. Краем глаза он уловил какое-то движение. Этого хватило, чтобы рефлекторно пригнуться и шагнуть в сторону. Когда он аккуратно выглянул в окно ещё раз, он увидел ныряющего в расположенный неподалёку куст человека в камуфляже. Эту форму он бы ни с чем не перепутал.
– У нас гости, – шёпотом сказал он Ире и Владу. – Спецназ.
– Что? Зачем они здесь?! – Ира округлила глаза и стала поворачиваться к Гене.
В этот же момент, разбив стекло, в окно влетела граната и взорвалась, ещё не упав на пол. Граната оказалась свето-шумовая. Всю комнату залило ярким светом. Всё произошло в мгновение ока. Все находившиеся внутри не успели закрыть глаза и от вспышки они на некоторое время ослепли, а невероятно громкий звук взрыва оглушил их. Из-за огромной нагрузки на слуховые и зрительные рецепторы мозг не выдержал, и все трое потеряли сознание.
Озимцев очнулся уже сидя в салоне грузового самолёта. На руках и ногах были надеты наручники. Рядом с ним сидела Ира, которая пришла в сознание раньше него.
– Как ты себя чувствуешь? – спросила она.
– Больно смотреть. Всё плывёт перед глазами, – щурясь, ответил Гена.
– Скоро пройдёт.
– Ты давно очнулась?
– Около часа назад.
– А где Владыка?
– Я не знаю. Наверное, им нужны были только мы. Надеюсь, что они с ним ничего не сделали.
– Знать бы, куда мы летим и кто те люди, которые нас похитили. И главный вопрос – зачем?
– Уверена, что нам скоро всё расскажут.
Через 2 часа самолёт сел на военной базе. Их вывели из самолёта, и Гена взглянул на небо. Солнце уже было в зените, то есть, было, часов 14-15. Встретили их не очень радушно. Гену и Иру посадили в одиночные камеры и заперли в них, не потрудившись объяснить, зачем их сюда привезли. Им дали по миске какой-то отвратительной похлёбки и оставили в камерах до конца дня. Уже ночью в камеру Гены вошли двое солдат и увели его в комнату для допросов. В комнате стояли металлический стол и два стула. Его приковали наручниками к одному из них так, что руки оказались за спиной. Вскоре в комнату вошёл, судя по погонам, генерал-майор. На вид ему было лет 50, рост примерно 170-175 см, короткая стрижка, седые волосы, серые глаза, слегка полноват. Солдаты, которые привели Озимцева, моментально встали по стойке смирно возле двери.
– Так, так. Значит это ты Геннадий Озимцев.
– Не имею чести быть с вами знаком, – парировал Гена.
– Генерал-майор Дмитрий Ушаков.
– Рад познакомиться. Я бы отдал честь, но у меня руки заняты, уж извините, – Гена пытался бодриться, хотя на сердце было тяжело.
– Ничего, я это переживу, – Ушаков сел за стол напротив Озимцева.
– Что вы сделали с парнем, который был с нами? Где он?
– С ним всё в порядке. На его счёт можешь не волноваться.
– Где мы находимся?
– На военной базе. Извини, точные координаты дать не могу.
– Что вам от нас нужно? – Гена не прекращал сыпать вопросами, и создавалось впечатление, что допрос ведёт он.
– Нам известно, что ты получил от Дмитрия Топалова некую флешку, на которой содержится очень важная информация, – генерал-майор был настроен добродушно, поэтому решил ответить на вопросы Гены.
– У меня нет этой флешки.
– В твоих же интересах сказать у кого она, – снисходительно заметил Ушаков.
– Понятия не имею. Я её потерял, – Геннадий упорствовал.
– Это неправильный ответ, – генерал кивнул одному из солдат.
Тот подошёл и со всей силы ударил Гену в живот. Озимцев скрючился и тяжело выдохнул.
– Моя бабушка и та бьёт сильнее. Вы что, в армию только задохликов берёте? – просипел он не разгибаясь.
Солдат хотел ударить ещё раз, но Ушаков его остановил.
– Послушай, – Ушаков решил разъяснить ситуацию более доходчиво. – Ты, наверное, не понял, поэтому повторю ещё раз. На флешке находится очень секретная информация. Если ты не отдашь нам её, или, хотя бы, не скажешь, у кого она находится, то автоматически попадёшь в разряд врагов государства, а ты ведь знаешь, как поступают с врагами.
– Что, какой-то большой шишке наверху не терпится разнести пространственно-временной континуум к чертям?
На лице генерала проступила злость.
– Интересно, – Гена с неподдельным интересом взглянул на генерала. – Значит, ты один из них. Это ты всё организовал, да? В правительстве ведь ни о чём не знают. Я прав?
– В правительстве сидят сплошные глупцы и трусы, – теперь лицо Ушакова выражало презрение. – На них не стоит рассчитывать в серьёзных делах.
– А зачем тебе флешка? Там есть информация, которая может тебя разоблачить? Боишься за свою шкуру?
– Ты слишком много болтаешь и всё не по делу. Говори, куда ты дел флешку! – генерал стал терять терпение.
– Ребята, вы что, глухие? Я же сказал вам, что потерял её…
Он ещё не договорил, как последовал мощный удар в челюсть от одного из солдат.
– Я в свои 6 лет бил сильнее. Что с вами, ребята? – Гена сплюнул сгусток крови и осклабился.
За его репликой последовал ещё один удар в челюсть, но уже с другой стороны. В дверь постучали, и в комнату вошёл полковник.
– Товарищ Ушаков, – он коротко козырнул, – можно вас на минутку?
Генерал-майор вышел из комнаты допросов и встал за дверью, разговаривая с полковником. Разговор длился меньше минуты, а затем Ушаков снова вернулся в комнату.
– Послушай, терпение моё не безгранично. В последний раз спрашиваю: где флешка?
– А вы, я вижу, с первого раза не понимаете. Видно, анекдоты про интеллект военных не врали.
– Мне кажется, у тебя просто недостаточная мотивация, – Ушаков проигнорировал выпад, достал из кобуры пистолет и направил его на Гену.
– У тебя есть ровно 5 секунд, чтобы сказать, куда ты дел флешку.
– Если убьёте меня, флешки вам не видать, – невинно напомнил ему Озимцев.
– Твоя подружка оказалась более сговорчива. Скоро она нам всё расскажет. Твои услуги нам больше не требуются.
– Тогда чего вы тянете? Стреляйте, – Гена безразлично уставился в сторону.
– Я сказал – скоро расскажет, но у тебя ещё есть шанс спасти свою жизнь и рассказать нам прямо сейчас. В обмен на эту маленькую услугу я оставлю тебя в живых.
Гена промолчал. Он был готов умереть, только бы Ушаков не узнал, у кого находится флешка, иначе все его старания пошли бы насмарку. Как ни пафосно и банально это звучало, но он был уверен, что предотвратить катастрофу его молчание действительно могло.
– Ну что ж… это твой выбор, – произнёс генерал с некой долей цинизма, и нажал на курок.
Гена рефлекторно зажмурился, прозвучал выстрел. На некоторое время воцарилась тишина. Он подождал несколько секунд, не открывая глаза. Наконец, он рискнул это сделать, и обнаружил, что находится где-то в совершенно другом месте. Гена стоял на равнине, которая была похожа на выжженную пустыню, простиравшуюся на многие километры до самого горизонта. Он поднял голову вверх и посмотрел на небо. Оно было усеяно сотнями тысяч мелких осколков, которые летали на орбите планеты. Некоторые из них уже находились в атмосфере и падали огненными росчерками куда-то далеко за горизонт. Солнце уже почти село и освещало местность лишь краем своего диска. Ландшафт был залит кроваво-красным предзакатным светом.