За полминуты рейдеры успели перестрелять почти всех. Остались только Романенко, легко раненый Меркулов и один солдат из группы быстрого реагирования.
– Отступаем к командному центру! Быстрее! – скомандовал Меркулов.
Все трое, прикрывая друг друга, выбежали из холла с лифтом. Только чудом их не задели засверкавшие вдогонку вспышки лазерных винтовок. Помещение окутывал плотный дым, вырвавшийся из так и не закрывшейся кабины лифта. Они заблокировали дверь, чтобы задержать непрошеных гостей. Через 25 секунд они прибежали в командный центр и первым делом заблокировали стальные входные двери и здесь.
– Тревога 10-го уровня! Передайте данные о нападении в штаб в Киеве! Уничтожить всю информацию, хранящуюся на жёстких дисках и начать эвакуацию персонала! – крикнул полковник. Он кинулся к одному из компьютеров и программно отключил панель управления дверью от питания. Все видели, как легко рейдеры обошли систему безопасности, не хватало ещё, чтобы они и сейчас просто ввели пароль и вошли.
– Их всего трое. Я считаю, что мы сможем с ними справиться, – неуверенно ответил ему один из агентов.
– Эти люди вооружены неизвестным нам видом оружия. Они убили 7 человек менее чем за 30 секунд, а мы никого из них даже ранить не смогли. Я не намерен вести вас на верную смерть. Выполнять!
– Но товарищ полковник… – агент никак не мог поверить, что каких-то три человека стали причиной тревоги 10-го уровня и поводом покинуть центр.
– Полковник, смотрите, – Романенко обратил внимание Меркулова на только что заблокированную ими дверь. Она была пунцовой и с каждой секундой наливалась красным всё ярче.
– Они режут двери лазерами! – выкрикнул агент, наблюдавший за рейдерами через камеры слежения.
Центр толстых стальных дверей постепенно приобрёл ярко-красный цвет. Наконец зазвучал сигнал тревоги, и записанный мужской голос принялся вещать команды об эвакуации и уничтожении данных. Все агенты, один за другим, принялись покидать свои посты и эвакуироваться через оставшиеся незадраенными выходы из командного центра.
– Чутьё подсказывает мне, что эти ребята пришли за флешкой, – Григорий нервно облизал пересохшие губы и кинул взгляд на Лёшу. – Беги к Роману и скажи, чтобы он закруглялся. Я его знаю, будет сидеть до последнего. Главное сейчас выбраться отсюда живыми.
– А как же Беляков? – обеспокоенно спросил Алексей.
– Я сейчас пошлю за ним. Не волнуйся.
Лёша кивнул и, не теряя ни секунды, побежал в комнату, где сидел Роман. Он буквально влетел туда. Роман всё так же сидел за компьютером, и напряжённо смотрел в экран монитора.
– Хватит здесь сидеть! Ты что не слышал, что объявили общую эвакуацию? Специальное приглашение надо? – с порога принялся кричать Алексей.
– Да, слышал, но я, кажется, понял, как взломать этот алгоритм. Ещё пара часов и я это сделаю, – отрешённо отозвался Рома.
– С ума сошёл?! – Романенко подлетел к Теплякову и буквально выдернул его из кресла. – Да у нас даже одной минуты нет! Собирайся, мы уходим!
– Полегче, громила, – буркнул Роман. – Сейчас, только возьму ноутбук.
Роман достал из компьютера флешку, схватил ноутбук, лежавший рядом на столе, и выбежал из комнаты вместе с Лёшей.
К тому моменту дверь в центр управления расплавилась как сыр в микроволновке и прямо сквозь капающий раскалённый металл внутрь вломились рейдеры. Они, не мешкая открыли огонь по всем, кто находился в помещении. Завязалась перестрелка. Оставшиеся агенты начали отступать под натиском стрелков, ежесекундно теряя кого-то из своих. Лёша и Роман, пригибаясь, подбежали к Меркулову, сидевшему в укрытии за одним из столов. Рядом с ним сидел, затравленно озираясь по сторонам, Беляков.
– Наконец-то вы вернулись! – крикнул Меркулов.
– Как мы выберемся отсюда? – сквозь грохот выстрелов закричал на ухо полковнику в ответ Романенко.
– В этом комплексе предусмотрены несколько тоннелей, ведущих на поверхность. Мы воспользуемся одним из них. Тоннели были построены специально для подобных случаев, – объяснил Григорий. – Но перед этим нужно сделать ещё кое-что, – он рыбкой нырнул вперёд и тут же перекатился в сторону, пропуская мимо себя несколько лазерных выстрелов. Меркулов оказался рядом с главным компьютером, на котором, введя пароль авторизации, запустил программу самоуничтожения, которая, кроме, собственно, уничтожения комплекса стирала все данные с носителей. – У нас есть 90 секунд! Бежим!
«Запущена процедура самоуничтожения. До окончания эвакуации осталось 90 секунд… 89… 88…»
Сопротивление агентов ещё не было полностью сломлено и под прикрытием отстреливающихся они побежали к выходу на противоположной стороне помещения. Небольшая группка выживших последовала за ними.
– Разделиться! – на ходу приказал агентам Меркулов. – Уйдёте через третий шлюз! Больше шансов, что хоть кто-то из нас выживет!
– Так точно! – агенты, продолжая отстреливаться, свернули вправо.
Меркулов и компания уже почти добежали до выхода из комнаты, когда Беляков споткнулся и упал. На спине у него дымилась свежая рана от попадания лазера, на груди была точно такая же, луч прошёл насквозь. Романенко и Тепляков молнией метнулись обратно и, подхватив его под руки, затащили в коридор, после чего закрыли за собой дверь. Меркулов выстрелил в пульт управления, вызвав сноп искр, электронику замкнуло и дверь заклинило. Это должно было остановить врагов хоть ненадолго. Лёша опустился на колени и прощупал пульс Владимира – он слабел с каждым ударом сердца. Алексей хотел помочь ему, но не знал как. Ему больше ничего не оставалось кроме как стоять и смотреть, как умирает Владимир. Если бы не тикающий таймер процедуры самоуничтожения, он бы попытался дотащить его до медицинского кабинета. Беляков с трудом сфокусировал на нем взгляд.
– Спасите наше будущее, – едва слышно прошептал он. Затем его веки закрылись, а тело обмякло.
«61… 60… 59…»
Романенко почувствовал, что его кто-то резко дёрнул за плечо.
– Чёрт возьми, Романенко, у нас осталась всего одна минута. Я не хочу, чтобы ещё и ты здесь погиб! – вернул его к действительности Меркулов. – Оплакивать потом будешь.
Лёша поднялся на ноги, и вместе со всеми побежал по коридору к тоннелю. Добежав до конца коридора, они услышали, как дверь с хлюпаньем разлетелась брызгами раскалённого металла. Прямо, как и предыдущая. В коридор вошёл один из стрелков.
Тем временем обратный отсчёт продолжался. У троицы оставалось 50 секунд, чтобы покинуть комплекс, а им нужно было пробежать ещё около 250-ти метров, не считая 550 метров тоннеля, ведущего на поверхность. Вход в тоннель закрывался надёжной стальной дверью почти втрое толще той, которая была установлена в командном центре. Сейчас она была поднята. Меркулов задержался на пару секунд, набрал на панели рядом с дверью двенадцатизначный код. Это была последняя мера, приберегаемая на особо чёрный день, такой, как этот. Код активировал ловушку, которая заблокировала двери во всех помещениях, чтобы помешать рейдерам выбраться из комплекса до окончания обратного отсчёта. После введения этого кода процедуру самоуничтожения уже было не отменить, и ни одна из дверей больше не открылась бы. Послышалось шипение пневматики. За три с половиной секунды тяжёлая многотонная плита двери опустилась вниз.
Тоннель выходил на поверхность под углом 45%. Для быстрого подъёма использовались специальные транспортёры, представлявшие собой небольшие вагоны, которые, как и настоящие поезда, ездили по рельсам. Несколько таких транспортёров стояли у платформы.
До взрыва оставалось 20 секунд. Тепляков, Романенко и Меркулов запрыгнули в один из них, Меркулов перевёл рычаг в положение «вперёд» и транспортёр начал движение. Его максимальная скорость составляла порядка 50 км/ч. То есть для того, чтобы доехать до конца тоннеля, им понадобилась бы примерно 40 секунд без учёта времени на разгон. Когда они проехали около 250 метров из 550-ти, сработала программа самоуничтожения и комплекс начал взрываться – комната за комнатой. Программа была рассчитана и на уничтожение транспортной системы, услугами которой они сейчас пользовались. В начале туннеля начали рваться заряды взрывчатки, заложенные в стены, пол и потолок, заваливая его. Взрывная волна в относительно узком тоннеле распространялась очень быстро и имела большую силу. Она догнала транспортёр, когда до поверхности оставалось всего 50 метров. Подгоняемый пламенем взрыва, он разогнался до 80-ти км/ч и сорвался с рельс. Меркулов потерял над ним контроль. В итоге транспортёр, объятый пламенем, практически выстрелило из тоннеля и, пролетев приличное для его веса расстояние, он упал метрах в 20-ти от выхода.