– Хочешь сказать, это всё эти твои «Вершители»?
– Они не мои. Как я уже сказал, они работают на тех, кто хочет подчинить себе само время, – уклончиво ответил Дмитрий.
– И чтобы всё исправить, ты запустил машину времени?
– Именно так.
– Как насчёт того, что этим ты сделаешь ещё хуже, чем могли бы напортачить «Вершители»? – поинтересовался Романенко.
– Я принял меры для того, чтобы максимально избежать последствий! Нужно действовать, иначе у человечества вообще не будет будущего. Баланс сил сейчас не в нашу пользу, но благодаря машине времени, у меня теперь есть возможность внести свой вклад в развитие событий, – Топалов снова повернулся к пленным. – Мне не помешает помощь, поэтому я хотел бы, чтобы вы присоединились ко мне.
– Как ты плавно всё перевёл к сотрудничеству, – покачал головой Гена. – С чего мы должны тебе верить? Ты уже однажды обвёл всех вокруг пальца.
– Не должны, – не стал спорить Дмитрий. – Но разве мне не было бы проще вас убить, а не рассказывать вам всё подробно, если бы я был злодеем, каким вы меня видите?
– Аргумент, старый как мир, – усмехнулся Лёша. – Похожим способом вербуют двойных агентов. Ты не предоставил ни единого доказательства в пользу своих рассказов. Многие тираны выдавали свои злодеяния за добродетель. Я лично не горю желанием быть твоей марионеткой в этой игре.
– Парень знает, что говорит, а? – Озимцев, несмотря на собственное незавидное положение, подмигнул Топалову.
– Да чтоб вас!.. – Дмитрий едва сдержал гнев. – У меня и так времени в обрез, ещё оправдываться перед вами! Уведите их отсюда! Если они не хотят помочь, то пусть хотя бы не мешают, – Топалов развернулся на каблуках и скрылся в темноте.
Пленников вывели из помещения, и повели по длинному коридору в сопровождении четырёх солдат. Один шёл впереди, второй сзади, остальные шли по бокам.
– Эти суки меня живым не возьмут, – внезапно прошептал Мясник.
– Что ты задумал? – так же шёпотом спросил Гена.
– Я вырублю того, который сзади, а вы берите на себя остальных. Главное – действовать быстро.
– Эй, а ну-ка без разговоров там, – прикрикнул солдат, шедший сзади.
После этих слов Мясник резко повернулся назад, схватился за его автомат и резким движением вырвал его из рук не ожидавшего ничего подобного солдата, после чего ударил его головой в нос. Романенко и Жданов сработали одновременно и так же чётко, вырубив шедших по бокам. Ведущий развернулся и, хотел было выстрелить, но Гена толкнул его в грудь и прыгнул следом. Усевшись сверху на распростёртом на полу солдате, он нанёс быстрый удар правой рукой и тот затих.
– Получилось! – выкрикнул Мясник и тут же переменился в лице, его глаза потускнели и он упал на пол.
Из его спины торчал армейский нож, брошенный замыкавшим, которого Мясник повалил на пол и обезвредил первым из всех… По крайней мере, он думал, что обезвредил.
– Ах ты!.. – Озимцев в два прыжка оказался возле солдата и от всей души заехал ему по лицу прикладом. Хрустнула сломанная челюсть, и конвоир мешком рухнул на пол.
– Теперь нас всего трое, – с грустью констатировал Озимцев.
– Двое, – поправил его Жданов.
Гена и Лёша недоумевающе посмотрели на него. Жданов расстегнул жилетку и показал то, что раньше не заметили ни Лёша, ни Гена. По тельняшке в районе живота расплылось пятно крови.
– Но как? Мы же вырубили их всех раньше, чем… – Алексей не договорил.
– Схватил в предыдущей стычке. Думал, всё не так серьёзно, – Жданов грустно усмехнулся. – От меня теперь пользы будет мало. Идите без меня.
– Но мы не можем тебя здесь бросить, – Гена кинулся к нему, чтобы перевязать рану.
– Можете, – Жданов неожиданно мягко отстранил его. – Я уж как-нибудь справлюсь тут. Только дайте мне оружие. Я вас прикрою.
– Держи, – Гена дал ему отобранный у охранника автомат.
– Идём, Гена, у нас действительно мало времени, – Алексей тронул друга за плечо.
– Мы вернёмся за тобой, – и Озимцев кинулся бежать вслед за Романенко.
Они побежали обратно к бункеру, из которого их только что вывели.
– Топалов! – выкрикнул Озимцев, врываясь в помещение.
– Чёрт возьми! – Дмитрий явно не ожидал, что они вернутся, да ещё так быстро. – Что вы здесь делаете? Вы не должны мешать мне, иначе погубите всех нас, идиоты! – в его голосе зазвучали панические нотки.
Гена и Лёша направили на него автоматы.
– Мы не намерены спокойно сидеть и смотреть, как рушится наш мир!
– Скажи, как стабилизировать континуум и вернуть всё на прежние места, иначе, перед тем как умереть, ты будешь очень долго мучиться, – Алексей не церемонился.
– Если бы я мог это сделать так просто, сделал бы без ваших указок! – Топалов сердито посмотрел на них. – Изменения слишком глобальны.
– Но ведь это не конец?! Ты же сказал, что это можно исправить! – Алексей, забывшись, откинул автомат и схватил Дмитрия за грудки.
– Да, но пространственно-временной континуум – это вам не игрушки. Ваши благородные намерения заслуживают уважения, однако, любое неосторожное вмешательство – и все эти намерения могут обернуться против вас. Господа, прошу… – Дмитрий перешёл к просительному тону. – У каждого из нас в спасении своя роль. У вас она значительнее, никто не спорит, но, умоляю, не мешайте мне сыграть мою. От моих решений так же зависят судьбы многих миров.
– Как ты гладко стелешь, – без тени улыбки произнёс Алексей.
– Тогда… надеюсь, вы простите меня за это.
Топалов с неожиданной силой заехал коленом Алексею в живот, и, пока тот пытался восстановить дыхание, достал из нагрудного кармана небольшой плоский диск и бросил его на пол. Диск оказался световой гранатой. На несколько секунд комнату озарила невероятно яркая вспышка, которая пробивалась даже сквозь ладони, которыми Гена и Лёша инстинктивно закрыли глаза. Они снова смогли открыть их только через несколько минут – когда боль начала стихать. Открыв глаза, Гена всё ещё видел перед собой мерцающие разноцветные круги, но зрение постепенно приходило в норму.
За дверью послышался шорох сапог приближающейся охраны.
Озимцев сконцентрировался, стараясь вернуть контроль над координацией движений. Он встал рядом с дверью.
– Что ты задумал? – спросил Лёша, протирая ещё не отошедшие глаза.
– Встань по другую сторону. Закроешь дверь по моей команде.
Когда первый из охранников был всего в паре метров от входа, Озимцев кинул в коридор гранату, которую предусмотрительно прихватил у одного из убитых конвоиров.
– Закрывай!
Романенко насколько мог быстро захлопнул дверь, и почти сразу вслед за этим прогремел взрыв, в котором никто из охранников не выжил. Озимцев не теряя времени уже осматривался в поисках Топалова.
– Вот зараза! Сбежал! – Гена от злости крепко сжал кулаки.
– Хорошо, что ещё не застрелил… что, кстати, странно, – Романенко посмотрел через стекло вниз.
Там, как ни в чём не бывало, работали учёные. Они не слышали выстрелов и взрыва, так как это помещение, по-видимому, было герметичным и звукоизолированным.
– Кажется, я знаю, как всё исправить, – внезапно сказал Алексей.
– Как?
– Мы отправимся в прошлое и помешаем запуску первой машины времени. Таким образом, мы сможем вернуть нашу настоящую реальность.
– План мне нравится, но над деталями надо будет ещё подумать, – Гена усмехнулся. – Например, над такой маленькой проблемой, как отсутствие опыта оперирования машиной времени в принципе.
– Разберёмся на месте, – Алексей беспечно отмахнулся. – Побежали, время не ждёт.
Лёша и Гена, перескочив через трупы охраны у входа, побежали обратно по коридору, затем вниз по лестнице и вышли в помещение, через которое проходила большая длинная труба квантового ускорителя.
– И куда теперь? – растеряно спросил Гена. – Направо или налево?
– Без понятия. О, спросим у него.
Романенко подошёл к одному из учёных, работавших возле трубы ускорителя. Учёный, увидев двух человек с автоматами наперевес, испугано отшатнулся в сторону.