«Феникс».
– Какие будут дальнейшие приказания? – спросил у Озимцева Булавский.
– Пока остаёмся на месте. Мы должны разобраться, что случилось во время того прыжка. Пересмотрите записи сенсоров и выясните причину, – распорядился Гена.
– Я немедленно займусь этим, – договаривал Макнил, уже занимаясь поставленной задачей.
– Удалось связаться с адмиралом Разумовским? Неплохо бы посвятить его в курс дела.
– Нет, но я сейчас попробую ещё раз, – Климова быстро нажала несколько кнопок на сенсорной панели. – Ничего не выходит, на всех частотах, включая резервные, – тишина.
– Следовало ожидать, – Озимцев устало поднялся с кресла. – Продолжайте попытки каждые полчаса. Надеюсь, нимерийцы ещё не добрались до Земли, пока мы тут застряли. Я буду в своей каюте. Жду результатов сенсорного анализа, – он направился к выходу с мостика.
– Капитан, подождите, я хочу с вами поговорить, – Новицкая тоже поднялась со своего места и быстро подошла к нему.
– Слушаю вас, – хмуро отозвался Гена, для разговоров сейчас у него не было настроения. Он подошёл к турболифту и нажал кнопку вызова.
– Мне кажется, что ввиду сложившейся ситуации нам нужно придумать другой план. В одиночку лететь к креатонцам слишком рискованно, – по-видимому, Светлана всё ещё искала способ отстоять свою точку зрения.
– Света, – Гена грозно посмотрел ей прямо в глаза. – Мы это уже проходили. Я знаю о риске, но даже если в одиночку, нам всё равно НУЖНО попытаться спасти Землю. Если, конечно, у тебя не появилась идея получше.
– Есть, – на этот раз Новицкая была настроена решительно. – Если помните, в 10 световых годах отсюда есть секретная база космического флота, – вместе с Геной она зашла в кабину приехавшего лифта. – Там мы сможем пополнить запасы оружия и провести нормальный ремонт. На станции имеется гораздо более мощная антенна, чем наша. Думаю, с её помощью мы сможем связаться с командованием. К тому же, там довольно мощная система защиты, и нас точно не застанут врасплох.
«Почему ты сразу не сказала об этом?» – чуть не вырвалось у Озимцева, но он вовремя прикусил язык. Наверняка, капитан должен был знать о таких вот базах, но он ещё не изучил все документы и записи, относящиеся к его новому званию. Если записи о таких вот станциях вообще были на корабле… Надо было как-то выкручиваться.
– Это не отменяет того факта, что нам всё равно нужны креатонцы. Одной только базой делу не поможешь, – уклончиво ответил он. – Но ты права, починиться и пополнить боезапас мы туда залетим.
Светлана кивнула, и некоторое время они ехали молча. Затем лифт остановился и Озимцев вышел возле своей каюты, а Светлана поехала дальше. Зайдя внутрь, Гена сел на диван, откинулся на спинку, закрыл глаза и помассировал ладонями лицо.
– Зачем я во всё это ввязался? – спросил он сам себя. – Мало того, что я оказался чёрт знает где, так ещё и Лёша пропал. А так сидели бы где-нибудь на набережной сейчас, пили пиво с таранькой… Чёрт, как же теперь быть?
Он просидел на диване ещё минут десять, размышляя над ситуацией, в которой они оказались, а затем поднялся и подошёл к компьютеру. Гена хотел найти какие-либо упоминания о секретной базе, о которой говорила Новицкая, да и вообще изучить звёздные карты, хотя бы район их теперешнего местоположения и особенно район с предположительным местонахождением креатонцев, чтобы не попасть впросак в будущем.
После получаса копания в базе данных и личных записях капитана, он, наконец, нашёл сведения, подтверждающие сказанные Светланой слова. Гена углубился в изучение записей и последующие два часа пролетели для него незаметно.
– Капитан, я закончил анализ записи прыжка с сенсоров, – голос Макнила оторвал его от созерцания звёздных карт, – и обнаружил кое-что интересное.
– Я буду на мостике через несколько минут, – Гена поставил компьютер в режим ожидания, и вышел из каюты.
Через минуту с небольшим он уже находился на мостике.
– Рассказывай, что там у тебя, – с места в карьер спросил Озимцев.
– Смотрите, вот запись с сенсоров в момент прыжка, – Стефан вывел её на главный экран. – На первый взгляд всё прошло как обычно, но при более глубоком анализе стало ясно, что межпространственное поле наших кораблей вступило в реакцию с тэта-кварками и привело к образованию микротрещин в пространстве, выходы этих трещин, вероятно, располагались именно в параллельной вселенной или вселенных. Через одну из таких трещин «Астерион» и мог попасть в другую реальность, – заключил офицер по безопасности.
– Возможно ли каким-то образом вернуть их? – поинтересовался Геннадий, выслушав Макнила.
– Ну, понимаете… Это спорный вопрос, кого надо возвращать. Неизвестно, кто из нас находится в «нашей» вселенной, а кто нет. А может, мы оба застряли в «других». Если отбросить философию, и говорить по существу, то я посоветовался с Бейкером, и он считает, что шанс вернуть всё обратно есть, но для начала нужно привести гипердвигатель в полностью рабочее состояние. Без него точно ничего не получится.
– И я, кажется, знаю, как это осуществить, – Гену внезапно осенило, и он вызвал главного инженера. – Джон, есть радостная новость для тебя. Кажется, тебе не придётся изготавливать те детали для гипера, – Озимцев вкратце рассказал про базу неподалёку.
– Это же просто отлично! – Бейкер не скрывал своего ликования. – Да с таким инструментарием я вам весь корабль обновлю, любая система станет в полтора раза производительнее, и…
– Джон, – Гена прервал замечтавшегося Бейкера, – мы там не сможем сидеть вечно. Сможем сделать только самое необходимое.
– Простите, – поник главный инженер. – Я чересчур эмоционально принял новость.
– Ничего, я понимаю, – мягко ответил Озимцев. – Будь готов приступить к работам. Пока – только гипердвигатель, а там посмотрим.
– Так точно, – Бейкер отключился.
– Просчитайте, сколько времени займёт полёт к станции на максимальной варп-скорости, – обратился к пилоту Гена.
– Четыре с половиной дня, – Шашков быстро вычислил необходимое время.
– Проложите к ней курс.
– Готово, – через пару секунд отрапортовал пилот.
– Варп 7.5, – Гена откинулся на спинку кресла.
– Есть, капитан! – и Андрей перевёл корабль на сверхсветовую.
«Астерион».
Романенко находился на мостике и напряжённо смотрел на показания сенсоров. Каждую секунду он ожидал, что преследователь снова появится на их экранах, но пока всё было тихо.
– Капитан, к нам приближается очень сильная буря. Она огромная, её диаметр 128 000 километров. Желательно с ней разминуться, иначе корабль может серьёзно пострадать, – сообщила Кузнецова.
– Она может сыграть нам на руку, – вмешался в разговор Марринс.
– Каким образом? – Лёша непонимающе посмотрел на него.
– В любой планетарной буре всегда есть зона относительного затишья в центре. Там, конечно, тоже штормит, но турбулентность значительно ниже. Если попадём туда, электростатические помехи надёжно скроют нас от любых сенсоров, и в то же время мы будем оставаться в относительной безопасности. Благодаря этому мы сможем больше не волноваться о том, видят они нас или нет, – пояснил Джейкоб.
– Добраться до центра бури без повреждений будет непросто. По классификации космического флота это шторм 7-го уровня, – Кузнецова, нахмурившись, посмотрела на Джейкоба.
– Ты раньше делал такое? – прямо спросил Алексей.
– Да, доводилось однажды, – признался тот. – Правда, после этого корабль пришлось ставить в док на ремонт, но зато все остались живы, – он смущённо улыбнулся.
– Летим в центр бури, – вздохнул Романенко. – И Джейкоб… Давай постараемся обойтись без капитального ремонта на этот раз.
– Всё будет в лучшем виде, капитан, – Марринс уверенно положил руки на штурвал и повёл «Астерион» в центр бури.
– Скорость ветра – 550 метров в секунду и растёт, – предупредила Татьяна.
– Компенсирую увеличением тяги, – отмахнулся Марринс. – Влетаю внутрь бури.
– Фиксирую увеличение напряжённости в атмосфере. Сейчас произойдёт электрический разряд! – Кузнецова едва успела договорить, как в «Астерион» попала молния.