– Стоять! – в лицо группе ударил яркий луч. – Кто идёт?
– Не стреляйте, это Виталий Тихонов! – Гена узнал голос Михеева и на всякий случай поднял вверх руки, показывая, что не собирается атаковать.
– Капитан? Чёрт, Гонзалес, выруби свой прожектор, хватит слепить наших!
Свет потух, но в глазах у Гены ещё некоторое время плясали яркие круги.
– Парни, айда сюда, – крикнул он своим, хотя те и так уже стали подтягиваться внутрь склада. – Стефан, закрывайте дверь и следите за ней.
– Чёрт, ну точно знаю, что оно должно быть где-то здесь, – из глубины склада послышалось недовольное ворчание.
– Джон! – Гена пошёл на голос, к этому времени склад осветили несколько небольших фонарей. – Мы тебя тут обыскались уже. У вас всё в порядке?
– Так точно, – Бейкер, улыбаясь, повернулся к Озимцеву, – Жутко рад вас видеть. Но позвольте узнать, как вы нас нашли? Я думал, что после потери связи вы вернётесь на корабль, или, как вариант, останетесь в командном центре.
– Ещё чего, – буркнул Геннадий. – Своих не бросаем. Связаться с командованием не удалось, но я примерно знаю причину неудачи. Кстати, мы кое-кого подобрали по дороге. Пока что это единственный выживший, инженер Сэм Питерсон. Он и помог вас отыскать.
– Интересно, почему мы его не встретили? Инженер, говорите… Кстати! Может, хоть он знает, где у них тут эти чёртовы запчасти. Второй склад с ног на голову перевернул, и весь мой улов – пара полезных безделушек.
Остальные члены отряда к этому моменту уже закрыли двери и, с помощью Сэма, установили новую комбинацию для её электронного замка.
– Я спрошу у него, – кивнул Озимцев. – Джон, вы с ребятами не видели ничего странного, пока шли сюда?
– Атмосфера тут, конечно, угнетающая, но не более. Везде пусто. А почему вы спрашиваете?
– По словам Сэма, на станции есть посторонняя форма жизни и очень опасная. Правда, мы тоже не встретили никого, кроме него самого… Почти никого.
– Он не выдумал всё это? Кстати, где вы говорите, нашли его?
– В вентиляционной шахте, он там прятался от этих существ.
– Вот он! – внезапно воскликнул Джон.
– Кто? – Озимцев непонимающе посмотрел на него.
– Субатомный уплотнитель. Я нашёл его! Помогите разобрать этот хлам, сейчас мы его вытащим.
C внешней стороны двери раздался удар огромной силы. Стоявшие рядом солдаты попятились и испуганно посмотрели на неё. Секунд пять прошло в гробовой тишине, затем ещё один удар. Солдаты как по команде отступили от двери ещё на шаг. И тут началось… На дверь обрушился непрерывный град ударов, сила их была ужасающа. С каждым новым ударом казалось, что дверь попросту разворотит и вынесет. Гул эхом разносился по складу. Михеев орал, приказывая солдатам взять дверь на мушку и стрелять на поражение, если враг сможет прорваться. Те подчинились, но явно без особой охоты. Озимцев подбежал к двери и тоже взял оружие наизготовку. После десятого удара дверь начала едва заметно проминаться, теперь же она походила на консервную банку, которую пытались открыть молотком.
– Эта дверь очень крепкая, у нас на корабле установлены такие же. Она может выдержать попадание из гранатомёта без особых последствий, – попытался обнадёжить всех Джон.
– Да ладно, – Михеев угрюмо смотрел на появляющиеся на двери новые вмятины. – Тогда это хуже, чем попадание из гранатомёта.
Между двумя половинками двери, до этого плотно сомкнутыми, появилась тонкая щель и тут же принялась расширяться. Сквозь неё уже были видны какие-то снующие и мечущиеся тени. Ещё немного, и дверь сойдёт с пазов, тогда ничто не помешает пробраться внутрь тем, кто снаружи. Михеев уже приготовился отдать команду «Огонь по щели!», как вдруг удары прекратились. Снова повисла оглушающая тишина.
– Оно ушло? – тихо, будто боясь сглазить, спросил Бейкер.
– Похоже на то, – Михеев с опаской заглянул в образовавшуюся щель.
– Отойдите! – Сэм подбежал к Даниилу и потянул его за руку прочь. – Они так просто не…
Фразу он не закончил, так как в этот самый момент часть потолка диаметром метра два внезапно приобрела малиновый оттенок, а затем стекла вниз, образовав лужицу расплавленного металла. Из прожжённой дыры внутрь помещения спрыгнуло нечто. Оно действительно было около 3-х метров ростом, тело его почти полностью состояло из кибернетических имплантатов, на правой руке сверху крепилась немалых размеров пушка, которая начиналась от запястья и заканчивалась у локтя, всё тело было напичкано проводами, трубками, какими-то светодиодами, голова имела форму идеального шара с узкой, светящейся зелёным, полосой, которая опоясывала половину головы. На самом деле, от плоти у этого существа осталось всего ничего, и было не совсем понятно, зачем она ему вообще.
– Стрелять на поражение! – Макнил оттолкнул Питерсона и первым открыл огонь.
Киборга взяли в кольцо, не переставая поливать плотным огнём. Первые пару секунд существо, казалось, вовсе не обращало внимания на выстрелы, а затем, внезапно, с поразительной для своих габаритов лёгкостью и грацией перемахнуло через атакующих, увернулось от очередной партии выстрелов и оказалось рядом с Сэмом. Затем оно просто схватило его и, запрыгнув в дыру, из которой появилось, исчезло.
– Видели, как он двигался? – Стефан очумело смотрел на прожжённый потолок.
Ответить ему никто не успел, как и прийти в себя. Резким и сильным ударом, держащаяся на честном слове, дверь была окончательно выбита из пазов, и в отсек ввалился ещё один киборг. Выстрелом из пушки он испепелил солдата, стоявшего к нему ближе всех, второго ударил наотмашь так, что тот со всей силы врезался в дальнюю стенку склада, до которой было метров 12.
Выстрелить успел только Гена, но киборг, как и его предыдущий собрат, легко ушёл с линии огня, а через секунду уже возвышался перед ним всей своей трёхметровой громадой. Всё, чего добился Озимцев, так это привлёк к себе внимание. Дальнейшее для него происходило как в тумане. Киборг схватил Гену за шею и поднял над полом, а затем сжал руку так сильно, что дыхание у Озимцева перехватило в момент. Почему-то киборг не убивал его, просто смотрел на него своим зелёным «глазом», как будто изучая. Остальные так и не начали стрелять, опасаясь навредить капитану. Гена постарался не паниковать, и, воспользовавшись заминкой, дотянулся правой рукой до кобуры с пистолетом на бедре, выхватил его оттуда, передвинул большим пальцем ползунок регулировки мощности на максимум и выстрелил. Фазовый луч попал в «глаз» и прожёг линзу. Из прорези посыпались искры, а затем свет в ней погас и киборг замер, но рука не разжалась. С места сорвался Макнил, через мгновение за ним побежал Михеев и остальные солдаты. Склад наполнили крики и суета, но звуки постепенно отдалялись. В уши Озимцева будто запихали вагон ваты, со всех сторон надвигалась темнота. Он всё так же не мог вдохнуть, лёгкие же горели и требовали воздуха. Постепенно ушло и это чувство, появились какие-то странные неспешные мысли и образы, это всё больше походило на сон…
Из забытья его вырвал резкий скрипящий звук, прорвавшийся даже сквозь запихнутую ему в уши «вату». А затем кто-то сильно надавил на грудь и в адски болящее горло ворвался воздух. Это напоминало удар обухом со всего размаху. Гена очнулся, краски и звуки вернулись в его мир. На грудь продолжали давить.
– Как он?
– Я в порядке, – хотел сказать Гена, но с губ его сорвалось лишь едва слышное сипение и он просто вяло отмахнулся от давящего рукой.
– Жив, – Озимцева тут же усадили, и Макнил – кажется, Макнил – вколол ему что-то в руку, сознание тут же прояснилось ещё больше, теперь из всего букета неприятных ощущений осталась только боль в горле.
– Парни… – хрипло начал Озимцев.
– Тише, капитан, должно пройти пару минут, – жестом остановил его Стефан.
Гена скосил взгляд вбок и наверх, там, с всё ещё вытянутой рукой неподвижно стоял киборг, правда, теперь рука была разжата. Рядом стоял довольный Джон и вытирал заляпанные чем-то чёрным руки.
– С его клешнёй было довольно легко управиться, надо лишь знать, куда ткнуть отвёрткой, – пояснил он на вопросительный взгляд Геннадия. – Кстати, вы, кажется, нашли их слабое место.