Ошарашенный Пётр забрал бутылку, обескураженно мямля слова благодарности, и поспешил к проспекту Путина. Его спутницы заторопились следом, часто оглядываясь, и тянущая за собой чемодан дочка с подозрением спросила:
– Ма! Чё это была за лажа про полицейскую операцию? Они же сами грабили этот магазин! Это чё, были, типа, оборотни в погонах?
– Тише! – оборвала её жена, оглядываясь. – Ещё услышат! У них оружие и чёрт знает что на уме! Дали воды – уже хорошо! Будем проходить мимо полицейского участка, сообщим про них другим полицейским! Пойдём отсюда быстрее!
Полицейский участок попался им по дороге минут через тридцать ходьбы. К тому времени они углубились в город достаточно для того, чтобы понять, что в этом Сочи, который не тот Сочи, царит полнейшая анархия. Нормальные люди не рискуют выходить на улицы, кругом мародёры и правонарушители, всё разграблено, из разных районов города в небо поднимаются столбы дыма, вдали горит какая-то высотка, и нет никаких следов спецслужб, пожарных и прочих государственных органов. Двери в здание районного отдела полиции, попавшееся по дороге, были распахнуты настежь, и вокруг него никого не было.
Попытка найти там помощь успехом не увенчалась. Внутри всё было точно так же разграблено, как везде, и обнаружилось несколько семей, использующих здание в качестве убежища. Все они тоже были отдыхающими, которых блэкаут застиг в арендованных комнатах. Время оплаченной аренды закончилось, и арендодатели выставили их вон. Отдыхающие в поисках помощи наткнулись на здание полиции, но это им ничем не помогло.
– Полицейские были здесь поначалу, – рассказал один из обнаружившихся в здании людей. – Два дня или три. Их с каждым днём становилось всё меньше, а людей сюда за помощью приходило всё больше. Народ требовал от полицейских всего подряд, те без электричества сами не знали, что делать, и толком ничего не могли. Начались конфликты, драки, дошло до стрельбы. А потом те менты, что ещё оставались, вынесли из оружейной комнаты всё, что там было, и ушли. Больше они здесь не появлялись. Толпа тут обчистила всё, что смогла. В основном люди искали оружие, все сюда приходили за этим, добирались до пустой оружейной комнаты, обламывались и уходили. Потом сюда перестали ходить, и стало поспокойней.
– Почему вы не ушли в Сочи? – поинтересовался Пётр. – В смысле, в настоящий Сочи, туда, где мэрия? Там же организован лагерь помощи отдыхающим и туристам!
– Лагерь помощи?! – удивился мужчина. – В мэрии Сочи?! Впервые слышу об этом! Вы направляетесь туда? Мы идём с вами! Как туда дойти?
От здания отдела МВД вместе с Петром и его семьёй отходило уже человек десять, и идти стало гораздо спокойней. Оружия ни у кого не имелось, но проживавшие в здании полиции где-то обзавелись тремя или четырьмя битами, и теперь группы мародеров поглядывали на двигающуюся по проспекту команду Петра не хищнически, а настороженно. Это прибавило людям уверенности в себе, и они увеличили шаг. Но путь до мэрии всё равно занял часов пять, потому что дети начали уставать, а тут ещё у чемодана Олеси сломалось колесо, и Петру пришлось тащить его в руках несколько километров.
На улице начало вечереть, когда им всё-таки удалось добраться до мэрии. Никакого лагеря нигде видно не было, здание стояло с дверьми нараспашку и выглядело таким же заброшенным, как всё остальное. Правда, внутри действительно оказалось много туристов, и свободное место пришлось поискать. Вновь прибывшие смогли устроиться лишь на самом верхнем этаже, в тронутом пожаром крыле. На полах в частично обгорелых кабинетах валялись пустые огнетушители, видимо, сотрудники мэрии справились с возгоранием, после чего покинули ставшие непригодными офисы. А заодно и здание мэрии вообще. Все, кто приходил сюда позже, устраивались на нижних этажах, чтобы меньше ходить по тёмным лестницам, и за неделю здание постепенно заполнилось снизу вверх.
– На ночь советую запираться! – сказал Петру кто-то из ближайших соседей, явившийся посмотреть на вновь прибывших. – Могут обворовать или ограбить. Дадут по голове битой или клюшкой для гольфа – лечиться негде, и «скорая» не приедет.
– Но подождите. – Пётр растерянно оглядывал пустые офисы. – Где же мэр?! Где администрация?! Они же должны решать возникшие проблемы! Они же государство!
– Разбежались все, – презрительно фыркнул сосед. – На третий день здесь уже почти никого не было, на четвёртый вообще никто не пришёл! Да и толка от них не было никакого! Ничего не смогли сделать! Пытались заставлять продуктовые магазины раздавать товар бесплатно – никто им не поверил без документов и приказов. Они даже полицию притащили, но стало только хуже: полицейские начали забирать какую-то часть продуктов для своих семей, что-то приносили сюда, и к магазинам набежало столько людей, что толпа парализовала всё! Местные орали, что из-за приезжих им умирать с голоду, приезжие требовали обеспечения всем необходимым, ну и так далее! А связи-то нет, и машин тоже нет! Все как поняли, что никто сюда ничего ниоткуда не привезёт и то, что лежит в магазинах сейчас, это последние продукты, так той же ночью толпы ломанулись грабить супермаркеты.