Казалось, все было нормально. Но Игорь чувствовал себя странно. Неуверенно?.. Нет… И вроде бы никто не пытается «нащупать» его ментально…
Кисточка. Пушистая кисточка щекочет и щекочет затылок. Как будто неотрывно глядят — именно глазами глядят! — в спину. Но сзади никого нет, кроме своих.
— Жень, — не выдержал наконец Игорь, — ты ничего не чувствуешь?
Женька Вислоусов обернулся:
— Нет, ничего, — удивленно ответил он и насторожился: — А что такое?
— Да так… — Игорь передернул плечами. — Наверное, слишком много думаю.
— Да, это опасно, — согласился Женька и ткнул Игоря кулаком в плечо: — Брось, все в порядке.
Только кисточка все-таки была. Игорь попытался рассмотреть сквозь ветви небо — чистое, да и не увидеть их через зелень никакой птице…
…По мосту с лязгом и шумом двинулась колонна воинов — пеших и верховых, вперемежку с повозками. На одной везли огромный барабан — двое вабиска, размеренно вздымая колотушки, били в него, и вроде бы мягкие удары, казалось, сотрясают внутренности, заставляя обрываться сердце и противно сжиматься желудок.
"Я что-то сделал не так," — отчетливо подумал Игорь. Это не имело прямого отношения к кисточке… и в то же время — было с нею связано.
Тень моста нависла сверху, надвинулись звуки, усиленные и отраженные бревнами и пространством под ними. Рютти и Игорь Колобов, закинув за спины оружие, крадучись вышли из кустов и, погрузившись почти до бровей, поплыли к сваям, загребая одной рукой, а в другой, поднятой вверх, держа связки взрывчатки. За ними по воде к кустам змеилась нитки старого доброго бикфордова шнура.
Игорь внимательно смотрел, как мальчишки, почти одновременно достигнув свай, обхватили их ногами и, закрепившись таким образом, начали ставить взрывчатку.
А барабан наверху гудел и ухал.
Обратно Рютти выкарабкался первым. Игорь поотстал, неловко гребя правой рукой, распоротой о шляпку бронзового гвоздя. — Можно поджигать, — сообщил он с улыбкой.
Защелкали зажигалки, и огоньки почти одновременно побежали по шнурам, а отряд, уже не особенно заботясь о секретности, побежал — по кустам. Наверху заорали — не испуганно, а удивленно, потом — зло. Но уже хрястнули два взрыва, Игорь, повернувшись, увидел, как мост просел в середине, подломился; с хрустом вырвало крайние сваи, мост, рассыпая истошно кричащих вабиска, повозки, животных, превратился в перевернутую букву «эль»… дрогнул еще раз — и обрушился окончательно.
Вдоль берега уже с гиком оказали всадники, на ходу целясь из пистолетов. Но тут послышался задыхающийся свист — Мариан с расстояния в полкилометра точным огнем косил всадников из ротора, прикрывая своих. Оставалось проскочить эти полкилометра через поля, и мальчишки, выбираясь на берег под самым носом у погони, припустили со всех ног.
Всадники больше не осмелились преследовать отступающих землян, оставшись гарцевать на берегу, возле лениво разгорающихся обломков моста. Мальчишки перешли на лениво-нахальную трусцу, кое-кто оглядывался и со смехом делал неприличные жесты — вабиска едва ли их понимали, но не могли не догадаться, что над ними издеваются.
— Сделаем за холмом петлю, вернемся к реке и уплывем, — поделился своим решением «Рубака». Игорь кивнул на бегу — план и ему понравился. Ротор перестал стрелять, но, едва небольшой верховой отряд сунулся следом, «метла» подала голос и на корню подрубила погоню в буквальном смысле слова.
Холм — большой и пологий — венчало обрывистое навершие: словно на перевернутую чашу поставили двустороннюю лестницу с площадкой наверху из детского конструктора. Кольцом по низу холма росли куста.
— Мило, Мариан? — окликнул Рубан. — Останетесь на вершине, прикроете нас, пока до реки добежим. Делайте вид, что нас там много. И еще…
— Подожди! — вдруг закричал Игорь Командир увидел, как лицо молодого дворянина резко побелело. — Я идиот! Они нас выследили! Щепка! Засада!!!
— Что?!. —яростно заорал в ответ ничего не понимающий, но испуганный Женька.
Его слова отрезало грохотом взрыва. Над тем "спуском лестницы", по которому они собирались уходить за холм, встала черная туча порохового взрыва. Бегущие сбились, не понимая, что произошло. И почти тут же повсюду — полукругом, как бы прижимая их к холму — встали густые цепи вабиска, прятавшихся среди невысокой зелени с прямо-таки дьявольским искусством. Грозно и протяжно крича, они начали сжимать кольцо, приближаться, заставляя землян пятиться ближе к холму.
— Их слишком много! — озираясь, крикнул Пааво, его глаза потемнели. — Чертовы потроха, их слишком много! Чертовы потроха!