Мы отправились обратно в Чипенден во второй половине дня. Элли попрощалась с нами у ворот фермы.
— Была рада снова тебя видеть, Том — и приятно с тобой познакомиться, Дженни! — сказала она. — Желаю тебе наилучших свершений в твоей новой работе! Взяв тебя на роль своего ученика, Том принял самое разумное решение!
Дженни улыбнулась так широко, и я подумал, что ее лицо разорвется на две части.
Затем мы направились вверх по холму. Дженни шла за мной, неся мою сумку.
По пути домой, я думал о том, что мне необходимо сделать. Я должен серьезно заняться обучением Дженни. Мне нужно дать ей временный посох и тетради. Она могла носить мою старую сумку — а я бы взял сумку Джона Грегори, которая была для меня особенно ценной, она сохранила свое состояние, потому что была сделана из качественного материала. Ей так же понадобится плащ; я должен был заказать его в деревне у портного.
Я понял, что Дженни может выполнять мою некоторую работу; например, собирать продукты в Чипендене. Так у меня будет больше свободного времени. Возможно, я смогу добавить в библиотеку новые книги — книги, которые будут пополнять наши знания; мое наследие для будущего поколения ведьмаков.
Мне было о чем подумать.
Дженни Колдер
Глава 14. Мать и дочь
То о чем я мечтала на протяжении последнего года — свершилось!
Наконец я ученица ведьмака!
Мой учитель дал мне тетрадь, в которой я записываю все чему он меня учит и так же я занимаюсь практической работой, когда мы говорим о тьме.
Он так же дал мне маленькую книжечку, в которой я буду записывать все, что происходит со мной во время моего обучения, и о всех опасностях с которыми мы будем сталкиваться. Он делал то же самое во время обучение у Джона Грегори. Мы много забываем, а эти записи можно будет оставить ведьмакам, которые придут на эти земли после нас. Они извлекут уроки из прошлого, и не станут повторять наших ошибок.
Так что я начну свою первую запись. Она расскажет о том, как я оказалась вовлечена в то, что Том Уорд называет «дела ведьмаков».
Я выбрала свою будущую работу в тот день, корда меня посетила моя мама — моя настоящая мама.
Я никогда не забуду тот день. Я спешила уйти с рынка с продуктами, когда ко мне подошла старая женщина. У нее на голове был платок, хотя день был теплый и солнечный. Она двигалась медленно, шаркая по земле ногами.
— Здравствуй, дочь, — прохрипела она, посмотрев мне в глаза. — Ты можешь выслушать меня?
Я улыбнулась ей, быстро подумав о том, как бы так уйти чтобы не обидеть ее. Я должна была вернуться домой и приготовить ужин. Мой отец не любил когда я задерживаюсь на рынке, и ему приходится пить холодный чай. Хотя он давно не бил меня поясом, но я по-прежнему боялась его. За наделю до этого, его охватила такая ярость, когда я уронила ложку. Он так сильно сжал кулаки, что на руках были видны вены.
— Ты не слишком взрослая, чтобы я не отлупил тебя ремнем, девочка! — взревел он.
Я решила, что если он еще раз меня ударит, я уйду с дома. Но подумать так было легче, чем сделать. Куда я могла убежать? У меня не было кровных родственников. Как я смогла бы выжить сама в этом мире?
— Боюсь мне пора домой, — сказала я женщине, — возможно, мы могли бы поговорить в другой день?
— Может быть, в следующий раз меня здесь не будет, доченька, — сказала она, немного запыхавшись. — Я думаю, нам лучше поговорить сейчас. Это может быть наш единственный шанс.
Когда я впервые посмотрела ей в глаза, я внезапно поняла, что у нее они так сильно похожи на мои — левый голубой, правый — коричневый. Люди шептались у меня за спиной, когда видели что у меня глаза разного цвета. Большинству не нравилось, когда человек чем-то отличается от большинства.
Лицо женщины было немного желтоватым, и вдруг я поняла, что она не старая. Она просто очень больная.
— Мы можем присесть там, в тени? — она указала на скамейку напротив церкви, в тени старого вяза.
Несмотря на мой страх опоздать, я кивнула и последовала за ней. В этой женщине было что-то странное, что заставило меня послушаться ее. Я просто знала, что поступаю верно.
Мы сели на скамейку, и повернулись лицом друг к другу. Наши взгляды встретились, и меня снова пробрала дрожь. В тени дерева я почувствовала холод.
— Я два раза назвала тебя дочкой, — сказала женщина, — и я сказала это не потому, что обычно старые женщины всегда используют такое выражение, когда любезно обращаются к девушкам. Ты действительно моя дочь. А я твоя настоящая мать. Ты плоть от моей плоти. В твоих венах и артериях течет моя кровь.