Я вернулся домой. В доме стояла такая же пустота, как и перед моим уходом ранним утром. Пройдя на кухню, заметил, что Ева готовила завтрак, посуда до сих пор находится на сушилке. Но на первом этаже Евы не было.
Поднимаясь на второй этаж, я шел к своей комнате, как услышал странный звук. Я остановился, прислушиваясь. Тишина давила на слух несколько секунд, затем звук повторился, и я смог его расслышать. Я стоял как раз рядом с дверью комнаты Тадеуша, откуда доносился этот шум. Мне стало противно, и я заперся в ванной, включив воду, чтобы заглушить происходящее за стенами.
Вечером, после заката, я лежал на диване в гостиной и читал. Ева спускалась по лестнице, но увидев меня или услышав, как я перевернул страницу, остановилась в конце ступеней.
Через некоторое время Ева подошла ближе.
— Добрый вечер, Хозяин.
Я не ответил, не поднимая взгляда от книги. Ева стояла в нерешительности, и я чувствовал, как ей становится все тяжелее. Ева выглядела очень осторожно, но в то же время подавленно и виновато.
— Хозяин?
Я игнорировал ее, делая вид, что даже не замечаю.
Ева все поняла и тихо прошла на кухню, стараясь не шуметь, и приступила к приготовлению ужина.
Тадеуш спустился вниз через час. Я понимал, что все равно придется увидеться с ним лицом к лицу, и старался относиться к нему так же прохладно, подавляя раздражение, что было иррациональным.
Тадеуш посмотрел в сторону занятой Евы на кухне и подошел ко мне.
— Я счел твое отсутствие более продолжительным. Вынужден извиниться за недоразумение.
Я что-то промычал в ответ.
Тадеуш поправил очки. Он сел на подлокотник и сложил руки на коленях. Он ведь мне в отцы годится. А выглядит еще лет на десять старше своего возраста, совсем не умеет за собой следить. И дело даже не в болезни, он и в здравии всегда выглядел неопрятно, вызывая отторжение. Более омерзительных натур внутри и снаружи я не встречал.
— Не понимаю, зачем ты выставляешь меня виноватым за то, что считается уже устоявшимся и принятым. Ты знал об этом, с первых дней, как и о том, что имеешь аналогичное право.
Я не смог выдержать и продолжать скрывать испытываемое негодование.
— Ты сделал это стоило мне только перешагнуть порог твоего дома. Почему бы тебе не быть таким стыдливым и делать с ней это, не прикрываясь мнимой скромностью? Мне совершенно наплевать. Но я не могу смириться с тем, что ты все это время ждал моего ухода. Можешь не обращать на меня внимания и насилуй ее хоть каждую ночь.
Ева услышала лишь мой раздраженный тон, и все равно ее плечи поникли. Я перевел взгляд на Тадеуша, который выглядел слишком невинно.
— Ты не до конца понимаешь…
— Я понимал все с самого начала. Что ты лицемер, Тадеуш. Грязный испорченный лицемер.
Он не стал спорить. Просто вздохнул и ушел к Еве. Они немного поговорили, затем сели ужинать. Я поднялся и направился к лестнице.
— Ты не присоединишься к нам? — Донесся голос Тадеуша.
— Обойдусь.
Наступило следующее утро. Я не сомкнул глаз, лежал в постели и смотрел в окно. Ева постучала в мою дверь, до этого момента за дверью не раздавалось ни звука.
Я с минуту не реагировал. Потом все же поднялся. Ева стояла, опустив голову, словно даже не ждала, что я открою.
Когда я открыл дверь, Ева подняла глаза на меня и удивленно улыбнулась.
— Доброе утро, Господин.
— И тебе доброго утра.
Ева стала выглядеть немного спокойнее после того, как я с ней заговорил.
— Господин больше не сердится на Еву? — Осторожно спрашивает Ева, собираясь сжаться как напуганный еж, в ожидании негативного ответа.
Я помотал головой.
— Мне не за что на тебя злиться.
Ева стала выглядеть озадаченно.
Она не могла сформулировать мысли и вопрос, поэтому я пояснил, чтобы она даже не пыталась:
— Вчера я очень устал, не хотел портить тебе настроение.
— Господин уходил по делам? — Она спросила, распахнув в надежде глаза.
— Да, в каком-то смысле.
— Надеюсь, Вы хорошо провели время, — Ева улыбнулась, склонив голову. Через секунду она спохватилась: — Хозяин, Вы не хотите позавтракать вместе со мной? Кажется, мне нужно вернуться на кухню, чтобы завтрак не сгорел…
Ева виновато краснеет и смотрит на меня.