Тадеуш увидел это и сложил руки вместе на столе, поправил очки.
— Что-то не так? Еда недостаточно вкусная?
Я стал кашлять и взял со стола салфетку. Закрывая ею свое лицо, поднимаюсь и направляюсь к лестнице.
— Вынужден откланяться, немного устал после дороги.
— Да, конечно. Хорошего отдыха.
Я перешагнул порог комнаты, которую считал за свое более-менее постоянное пристанище. Разложив вещи, на секунду почувствовал, что в комнате что-то изменилось. Только через пару минут я заметил, что на обратной стороне двери на вешалке висит моя белая рубашка. Наверняка она висит здесь не первую неделю, но пыли на поверхности стола нет, значит, Ева все же заходила сюда. Я подошел ближе и поднял очищенную от пятен ткань. И то, что я рассмотрел, вызвало у меня смех. Теперь я понял причину странного поведения Евы в моей комнате, после того, как я провел без сознания два дня. На воротнике едва заметно проглядывал след от светло-розовой помады.
Так как последние сутки я провел во сне, спать сейчас мне не было необходимости. Я сел на кровать и посмотрел в окно. С открытой форточки тянул свежий холодный ветер, неся с собой запах сумерек и ночи. Уже стемнело, я укрылся одеялом и обнял подушку. Так часы шли словно минуты. В половине пятого рассвело, и я начал медленно и не спеша собираться.
Что бы я сделал, появись у меня крылья? Куда бы я полетел? Мне кажется, я достаточно свободен, и в них вряд ли нуждаюсь. И все же иметь возможность в любой момент сбежать от всего…
Что еще является выходящей за определенные рамки вещью — так это одежда, которую я ношу только здесь. Не знаю, но у меня не появляется желание носить привычную городскую одежду; напротив, атмосфера этого дома вынуждает находить нечто красивое в постоянных разнообразных рубашках с галстуками и туфлях на шнурках.
Я переоделся и вышел на улицу. Роса только-только появлялась на траве, но ее блеск уже переливался во всем окружающем пространстве. Я вышел через сад, прошел мимо леса и оказался с другой стороны полей. Здесь не было цветов, росли голые темно-зеленые кусты и сильно пахло остролистом и прочими травами. Я шел еще с полкилометра, как увидел маленькое красное здание. Когда я подошел ближе, здание оказалось вагончиком на колесах. Я поднялся внутрь и сразу ощутил странный запах. Я прижал к лицу руку и осмотрелся. Внутри обстановка напоминала обычный заброшенный трейлер, но в нем будто побывал кто-то не так давно. Об этом свидетельствуют некоторые вещи.
Я стал собираться с духом. Нехорошо получается.
Внутри груди стало тесно, это чувство забивало легкие словно вода. Сжимаю и разжимаю ладони. Закрываю глаза и сосредотачиваюсь. Когда понимаю, что еще могу отступить, окончательно передумываю и заставляю время идти назад.
Картинка продолжала меняться, и я увидел здесь то, что не должен был увидеть. Мне стало тошно и отвратительно наблюдать это. Я отдал последние недели своего времени ради этого.
Я без сил опустился по стене на пол. Мне было все равно, заметили меня или нет. Время все равно сотрет меня из их памяти. Но я никогда не смогу ничего забыть.
Внутри меня словно кипел настоящий ад. От обжигающей боли не мог даже сделать вдох, а разум не мог сопоставить все события рядом. Меня рвала на части собственная сила, но я не умел останавливаться, пока не доведу дело до конца.
Едва я уехал, как Тадеуш засунул ее в клетку и притащил сюда. Он не бил ее, но издевался и заставлял страдать психологически из-за того, что я брал ее с собой. Я не знал этого, и лучше бы просто оставил все как есть, пройдя мимо. Но ей пришлось терпеть столько боли и насилия лишь потому, что я стал вмешиваться в их отношения.
Я отдал последние две недели, чтобы этого никогда не произошло по моей вине. Обменяв что-то хорошее, что-то значимое, что-то, что скорее грело бы мою память в глубокой старости. Этот миг у подножия ракеты навсегда только в моей памяти, словно сон. Я сделал страх перед людьми только сильнее, и теперь уже не смогу смотреть на Тадеуша и не бояться, что он может это вспомнить.
Как такой человек, способный заставить время и пространство двигаться в обратном порядке, может хотеть вернуть какое-то событие назад?
Я остановил время, чтобы прийти в порядок. Не могу продолжать. Нет, нет. Я хочу уйти.
Войдя в дом, захлопываю дверь. Ева осторожно смотрела на меня с лестницы, из-за расстояния между деревянными перилами.
Улыбаюсь и поднимаю ладонь вверх в приветственном жесте. Я сижу на полу перед дверью, а Ева боится подходить ко мне.
— Господин, что-то случилось?