Около часа я убил на бессмысленные попытки что-то придумать и найти. А потом я вспомнил какой живой и настоящей она была вдали от этой городской суеты. Времени что-то подготовить уже не было, поэтому я решил действовать по обстоятельствам.
Я подъехал к её дому на такси и стал звонить, но она так и не ответила, ни на третий, ни на десятый раз.
Смысла чего-то ждать не было и я уже хотел уехать, но какое-то не понятное беспокойство заставило меня этого не делать, а зайти к ней.
Я долго сомневался, но всё же решился. Мало ли что, она ведь совсем одна в этом огромном доме, не считая служащих.
Свет не где не горел и я подумал, что вероятно всё это зря, ведь она могла просто на меня забить и свалить на какую-нибудь вечеринку.
Это отличный шанс найти что-нибудь. Любое доказательство. Всё что угодно, лишь бы это было связано с той роковой ситуацией.
Я помнил, где находится гостиная и решил ориентироваться на неё.
Ливия и полиция были на верхнем этаже, значит, нужно искать там.
Я немного пошарил на втором, но потом понял, что в основном это служебные помещения и пошёл на третий.
Было много пустых, но чистых комнат.
В темноте и тишине дом казался зловещим и было не комфортно. Ещё бы, я ведь проник сюда без разрешения.
Но тишина стояла просто оглушительная. Я сомневаюсь, что так должно быть. Ведь здесь есть рабочие, но даже их не слышно, и не видно.
Кажется действительно что-то не так...
Я прибавил темп, чувствовал, что-то не так. Мельком заглядывал в попадающиеся комнаты.
Больше не искал ни каких доказательств, просто чувствовал, что могу не успеть, плохое предчувствие раздражало. Я не понимал совсем не чего, но знал, что это очень важно. Старался успеть, но не понимал куда и зачем.
Следующая распахнутая мною дверь оказалась верной. Я понял это по тому, как Ливия скрючившись лежала на полу без движения.
Подбежав к девушке и увидев её в таком состоянии, меня сковало оцепенение.
Мне было страшно...
Это паршивое липкое ощущение страха сковало не только тело, но и душу. Дыхание перехватило, я боялся сделать любое движение. Голову сдавило обручем боли и перед глазами начали плясать мошки. Казалось меня сейчас вырвет. Я не понимал откуда такой необъяснимый страх.
Мне нужено помочь Ливии...
Я не могу даже пальцем пошевелить...
Слабак!
Стараясь выровнять дыхание и вернуть контроль над телом, перед глазами стали образовываться неясные очертания, накладываясь на реальный мир.
Я тряхнул головой, прогоняя всё это. А потом упал на колени и пополз к девушке.
Рука тряслась, когда я подносил её, чтобы найти пульс.
Да что же это со мной!
Соберись!
Одним резким движением я осторожно прикасаюсь к её холодной коже и меня бросает в дрожь.
Неужели она мертва?
Перед глазами снова появляются неясные очертания, а потом снова тряхнув головой, я замечаю на стене портрет женщины и моя голова раскалывается от боли.
Картинки, которые накладывались, теперь будто стали дымчатой явью.
Я оглядываясь и вижу безлюдную дорогу. Родителей, что неподвижно лежат. Себя, тянущегося к ним.
Вот я рядом, а подо мной лужа, из крови моих родителей.
Нет.
Этого не может быть.
Они же уже мертвы.
Я не могу пережить их смерть дважды!
Мои кровавые руки тянутся к родителям. Я пытаюсь растормошить их, хочу, чтобы они сейчас же открыли глаза, но не чего не происходит.
Меня трясут за плечо и обернувшись, я вижу обеспокоенное лицо мужчины.
Это Джон! Отец Ливии... А позади стоит та самая женщина с портрета.
Видение обрывается и я возвращаюсь обратно.
Я не могу осознать увиденное. Такого не было! Или я так думал всегда, но это было не правдой?
Ливия все также неподвижно лежит, а мои руки крепко сжимают её шею.
От осознания происходящего, я одергиваю руки и стараюсь понять, что только что увидел.
Этот глюк был таким реальным, что моё сердце снова сгнило от пережитой боли.
Я отполз от девушки боясь смотреть на неё, и портрет на стене.
Мне не хотелось снова видеть те жуткие картинки. Этого не было. Я такого не помню.
Я знал, что это отец Ливии только из-за перечисляемых мне денег. Но того, что я видел не было.
Это всё из-за Ливии, если бы я не видел этого, то не было бы и глюков.
Мне не хотелось больше находиться здесь, но я всё же сделал, что нужно.
Ливия дышала, она просто замёрзла, поэтому я просто решил забрать её к себе, после того как померял её температуру.
Она была больна и это всё по моей вине, не будь я таким придурком, сейчас всего этого вообще не было бы.