- Тебе смешно? – закипаю. – Твои подружки приревновали тебя ко мне! Поэтому и устроили эту подставу! Отстань уже от меня! – наконец произношу то, что давно надо было.
Мы встречаемся взглядами и снова воздух тяжелеет меду нами. Так и раньше было, но всего пару раз.
- А если я не хочу! – заявляет Фил.
- Что? – путаюсь.
- Если я не хочу от тебя отставать! – встает Фил и приваливается к стене. – Если я хочу общаться с тобой и дальше!
- Зачем? – выкрикиваю в пустой коридор.
Фил пожимает плечами. Пауза все портит. Лучше бы нам поговорить нежели вот так таращиться друг на друга.
- Влада! – вдруг раздается в коридоре и я подпрыгиваю на месте. Это мой отец вышел из кабинета директора. – Пойдем! – приказывает он.
- Чем все закончилось? – уточняет Филипп у отца.
- Ну, как ты и говорил, Рита сразу стала метаться, как только я намекнул на то, что на телефоне нет отпечатков Влады. А за клевету можно и реальный срок получить.
- И? – требует продолжения Фил.
- Стала лить слезы, - добавляет отец. – Но ваш директор очень мобильный. Сразу попросил замять это дело. Мол, не поделили парня и все такое!
- Он не мой парень! – вмешиваюсь. – Мне, вообще, просто так прилетело!
Отец и Филипп продолжают общаться словно не замечают меня. Отец даже и краем глаза не смотрит в мою сторону. Это очень дурной знак. Злится он не часто, но если и бывает, то очень крепко.
- Идем в машину! – распоряжается отец. Я последний раз кидаю взгляд на Фила. Он смотрит с сочувствием. Не прощаясь, послушно плетусь за родителем и гадаю, что же меня ждет дома...
***
- Никакой больше черной краски! – орет отец и скидывает все мои вещи в мусорное ведро. Туда же летят черные джинсы и огромные толстовки. Даже любимые чокеры с шипами. Синяя помада, карандаш для глаза, белый тональный крем...Их я больше не увижу.
- Маша, помоги! – прошу мачеху, но та в ужасе отшатывается. Никогда она еще не видела отца таким злым и старается держаться подальше от нашей семейной ссоры. Поэтому идет и закрывается в спальне.
- Папа, пожалуйста! – уговариваю отца.
Он в ответ наотмашь бьет по письменному столу в моей комнате. Удар сильный и зеркальце, стоявшее на нем, падает вниз и разбивается.
- Хватит уже! – орет отец. – Я устал от твоих капризов! Будешь вести себя как все: одеваться как все, ходить как все и даже общаться как все!
- Но я ни в чем не виновата! – пытаюсь донести.
- Не виновата? Ты никогда ни в чем не виновата! Я ТОЛЬКО ЭТО И СЛЫШУ! – продолжает мужчина напротив кричать и я уже не узнаю в нем своего отца. Глаза прищурены, а руки плотно сжаты в кулаки. Того и гляди, снесет мне челюсть!
- Да ты можешь вывести из себя кого угодно! Не удивляюсь, почему те девчонки подкинули тебе телефон! Видимо заслужила! Или, может, я несправедливо тебя обвиняю?
Я не знаю, что ответить. А если он прав?
- Оставь мне хоть что-то! – продолжаю наблюдать, как отец сгребает мою одежду.
- Ходи в том, что тебе купила Маша! – командует родитель. Он и правда не трогает вещи, приобретенные его девушкой.
- А если мне они не нравятся! – заявляю, но тут же жалею.
- Мне тоже многое не нравилось, в том числе и твой скверный характер! – на повышенных тонах заявляет отец. – Но я терпел! Вот и ты потерпишь! И я последний раз ходил в твою школу! Больше ничего подобного! Слышишь! – трясет отец меня за плечи так сильно, что, того и гляди, моя голова оторвется. – Лучше завела бы себе друзей!
- Не получается! – огрызаюсь.
- А ты постарайся! – не стихает он. – Хорошо постарайся! Мне надоели твои выходки, Влада! Это последнее предупреждение! Я слишком хорошо тебя знаю, чтобы жалеть в данный момент!
- То есть это я сама до такого довела, да? – жду ответа.
- ДА! – не скрывает отец. – Сама!
С массивной кучей, состоящей из моей одежды и пакетом косметики, отец выгребается из комнаты. Я надеюсь, что он кинет все это в мусорку под раковиной и я смогу потом достать хотя бы часть бутыльков, но отец накидывает наспех куртку и со всем моим барахлом выползает на лестничную площадку. Спускается по ступенькам и я догадываюсь, что он двигается к мусорным бакам. Туда я точно не полезу.
- Он успокоился? – высовывается из комнаты голова Маши.