- До свидания, - отзывается одноклассница. – Спасибо за гостеприимство! – добавляет она и внутри меня взрывается фейверк, состоящий из одних благодарностей.
- Что у тебя с лицом? – спрашивает девочка в подъезде. – Ты как будто верхом на единороге мчишься на радугу!
- А ты можешь быть милой всегда? А не только с моей матерью? – притворно сержусь.
- Нет! – заявляет Влада.
- Я так и думал, - нажимаю кнопку лифта. – Выходит, я тебе ни капельки не нравлюсь!
- Выходит так! – не скрывает девочка и следом за мной забегает в лифт. Я несу ее рюкзак на плече пока она бережно несет оладьи.
В машине мы мало говорим и, в основном, слушаем радио. Погода обещает крупный снегопад.
- Пойдешь на школьную дискотеку? – спрашиваю у соседки.
- Какую? – не понимает Влада.
- Перед новым годом школа устраивает вечеринку. Это как раз в эту субботу будет.
- Нет, я пас, - фыркает Влада.
- Приходи. Будет весело! – уговариваю.
Влада лишь отрицательно машет головой.
- Ну и чем ты будешь тогда заниматься? – уточняю.
- Конечно же готовиться к олимпиаде, - объявляет девочка. – Тебе бы тоже не помешало.
- Знаешь, а будь, что будет! – ставлю ее перед фактом. – Там же еще кто-то будет помимо нас. Может, он куда круче и сделает нас обоих. Поэтому пойдем лучше на танцы.
- Они могут закончиться для меня плохо...вернее, очень плохо! – намекает Влада на моих поклонниц.
- Будем все время вместе и никто тебя не обидит.
- Ты не сможешь меня оберегать вечно! – напоминает Влада.
- Я не против, - паркуюсь около больницы между двумя маленькими машинками. – Ну что? Выходим?
В больнице получаем по белому халату от милой пожилой женщины и поднимаемся на третий этаж.
- Все-таки очень невежливо, что ты не сварила бульон! – язвлю. – Ладно, завтра сваришь! – играю с таким понятием как «сарказм».
- У Петра Семеновича нет никого? – догадывается Влада.
- Есть дочь, но она живет в штатах.
- И она не прилетит?
- Не думаю, что химик вообще ей сообщил, что в больнице. Он, как человек, очень скромный, - прохожу по длинному коридору в самый конец к палате номер четыре.
- И как же он будет дома один, когда его выпишут? – тихо волнуется Влада. Мне приятно смотреть за ее переживаниями. – Он же не сможет ни поесть себе приготовить, ни прибраться..., - рассуждает девочка и в данный момент от ее такой детской наивности внутри как-то теплеет.
- Значит, будем ходить помогать, - заявляю. – Ты же не против?
- Да нет кончено, - шепчет Влада. – Просто мы же не можем у него вечно находиться. А ему сейчас, наверняка, понадобится рядом близкий человек.
Я открываю дверь и запускаю Владу первую в палату.
- А может и не понадобится, - бубнит она, когда видит, как химик, пользуясь отсутствием свидетелей, курит в открытое окно.
- Вам, вообще-то, нельзя курить! – грубо произношу на все помещение. Оно хоть и большое, но запах все равно присутствует. – И, тем более, здесь!
- Филипп! Как же ты напугал! – сердится старенький учитель. – Я думал пришла эта докторша! У тебя голос прямо-таки как у нее! Такой же властный! – жалуется он и быстро вокруг себя убирает облако дыма от сигареты. – Пара затяжек не смертельно, - оправдывается он. – А то со скуки здесь помрешь, - химик закрывает окно.
- А где ваши соседи? – уточняет Влада.
- На процедурах, дочка, - химик обратно ковыляет к кровати. Как не странно, но узнает Владу сразу. Словно она и не менялась для него внешне.
- А вам разве не надо?
- Да я там уже был, - отмахивается Петр Семенович.
- Сбежали? – догадываюсь.
- Ты бы тоже сбежал! – заявляет химик. – Там вот такие шприцы! – показывает он размер иглы.
- Врете вы все! – разоблачаю химика. – Нет там никаких шприцов! Просто хотели удрать и покурить пока никто не видит.
- Ну, может, и так! – по-доброму улыбается старик и я на него больше не злюсь.
- Как вы себя чувствуете? – интересуется Влада.
- Да отлично! Надеюсь, что скоро выпишут. Колитесь, кто из вас притащил меня сюда?