Выбрать главу

- Влада вас нашла на остановке, - киваю на одноклассницу.

- Значит, это ты мне устроила этот ад? – хмурится учитель.

- Она, вообще-то, вас спасла! – заступаюсь за девочку и беру миску с оладьями у Влады. – Угощайтесь. Это мама передала.

- О. Оладьи! – радуется больной. – А где бульон?

- Я завтра принесу, - оправдывается девочка. – Сегодня не получилось.

- Да я шучу, молодежь! – смеется старик. – Какие бульоны? Пусть их эти старые хрыщи пьют! Я в полном порядке! Через неделю вернусь в школу, - уплетает оладьи учитель. Я присаживаюсь на край его кровати и пристально рассматриваю химика. Внешне он выглядит бодрячком. Может, и правда скоро вернется в школу. Влада же стоит около окна и смотрит на заснеженную Москву. Халат с ее худеньких плечиков иногда сползает и она то и дело возвращает его на место.

- Кстати, Филипп, - радостно начинает учитель. – Пришло одобрение на твое участи в олимпиаде. Всё. Ты в списках! Поздравляю!

- А как же Влада? – удивляюсь. – Разве ее не одобрили? – заметно напрягаюсь.

Учитель продолжает поедать оладьи.

- А Влада так и не подала заявку, как я ее не уговаривал, - вдруг вываливает старик неожиданное известие. – Сказала, тебе нужнее.

Эти слова молнией проносятся у меня в голове. Я перемещаю взгляд в сторону девочки, которая стоит ошарашенная словами химика. Она явно не ожидала, что тот возьмет и сдаст ее с потрохами, и именно сегодня.

- Значит, так и сказала? – продолжаю пялиться на одноклассницу.

- Дело ваше. Сами разбирайтесь, - химик запивает оладушек больничным компотом.

- Так! – неожиданно в двери появляется новая фигура в белом халате. И очень грозная. Похоже, это та самая докторша, про какую нам рассказывал химик.

– Вы почему сбежали? – ругается она. - И еще раз поймаю за куревом – выгоню к чертям на хрен из больницы! – заявляет бойкая женщина в белом халате. – Быстро на процедуры!

Химик тяжело выдыхает, но подчиняется.

- Спасибо, что навестили! – с иронией произносит он. – Может и в последний раз!

- Не ёрничайте! – упирает руки в боки докторша. – Хуже вам не станет! Не сочиняйте!

Они уходят и мы остаемся с Владой совсем одни в палате. Видно, что одноклассница нервничает от предстоящего разговора.

- Сюда иди! – командую ей.

- Девчонке своей будешь указывать, а не мне! – огрызается она и быстрой походкой направляется к двери. Я выхожу следом из палаты и перехватываю ее в конце коридора.

- Значит, ты меня троллишь постоянно по части олимпиады, запугивая своей победой, а сама даже заявку подавать не стала? – больно сжимаю ее предплечье.

- Отпусти! – вырывается Влада.

- Ничего не хочешь сказать? – настаиваю и скулы ходят у меня на лице от внезапного гнева.

- Нет! – резко разворачивается Влада и бежит по лестнице вниз. Снова!

- Ненормальная! – сжимаю кулаки. – Давай, я тебя довезу до дома! - кричу ей в спину.

- Сама справлюсь! – продолжает огрызаться девочка.

- Влада! – настаиваю. Но девочка так быстро покидает больницу, что в этот раз я не успеваю ее догнать. Она, как в сказке, будто растворяется.

55

Влада

Черт! Черт! Злюсь изо всех сил на химика, но быстро остываю. А потом закипаю обратно, когда понимаю, что Фил, наверняка, все понял! А если он догадается, что нравится мне? Хотя..... вряд ли! Я никогда даже не намекала...Но он же неполный дебил! Догадается! По-любому, догадается! Черт!

Сама не помню, как добралась до дома. Как попало скидываю ботинки в прихожей и бегу в свою комнату. Хоть бы с кем-нибудь это обсудить, но как обычно не с кем. Макс до сих пор не разблокировал...когда он уже меня простит? И поймет, что я права! До самого вечера валяюсь в кровати в мягкой пижаме, а вечером приходит отец.

- Странно, что Филипп отменил занятие, - говорит он Маше на кухне. – Парень никогда раньше не прогуливал!

Я перестаю дышать...сердце опускается в пятки....

По-любому догадался! Становится невыносимо душно и... стыдно!

И чтобы мне теперь делать?

Буду игнорить его постоянно! Иначе от жалости с его стороны по поводу моих безответных чувств просто сойду с ума. Я прям как вторая Рита! Нет, уж лучше делать вид, что незнакомы вовсе. Это глупо, но другого выхода я не вижу.