- Двадцатого октября не смогу, – останавливаю Виктора. – У меня День Рождение.
- Отмечаешь? – интересуется Виктор.
- Да. В этом году буду.
- Слушай, а ты хочешь больше не платить за наши уроки? – начинает по-хитрому отец Влады и мне это уже не нравится.
- Знаете, меня все устраивает! – пытаюсь сразу закончить неприятный разговор.
- Нет, я серьёзно, - не сдается Виктор. - Нужна всего лишь малость. Ерундовое дело. Ты же можешь… ну… как бы подружиться с Владой. Я не говорю о дружбе до гроба. Так, просто по-приятельски…Например, на День Рождение ее к себе позвать.
- Чего? – пялюсь на Виктора как на больного.
- Ну, может, где-то погулять ее взять с друзьями.
- Знаете, я не хочу даже связываться с вашей дочерью. Вот прям без обид! – честно признаюсь. – Она по тихой ненормальная!
- Ладно, твое право. Конечно я не настаиваю, – отец Влады моментально перестает давить.
- Так когда следующее занятие? – переспрашиваю у Виктора.
- Повторное занятие? – он театрально удивляется. – А их больше не будет! У меня на работе сейчас такой завал. Извини, пока не получается.
Мы встречаемся с Виктором глазами и последний делает вид, что говорит правду, но я то вижу.
- У вас вся семья манипуляторов? – добавляю чуть позже.
- Да, – признает Виктор. Но хоть здесь не врет. – Абсолютно вся.
- Теперь я понимаю в кого Влада такой стратег. Это она вас попросила?
Виктор начинает смеяться в полный голос.
- Влада? – удивляется он. – Да она будет тонуть в густой смоле и не попросит о помощи даже шепотом. Очень гордая! И характерная.
- Опять же в вас?
- Ну, не в маму это точно, – фыркает Виктор.
- А где, кстати, она? Вы никогда ничего не говорите про свою жену, – напоминаю.
- А она умерла от пердоза, когда Владе было три года, – не скрывает Виктор.
Я на мгновенье глохну.
- И что потом?
- Да ничего особенного, – Виктор разводит руками, потом поднимается и варит кофе нам обоим. Протягивает мне кружку с белой пенкой.
- Ваша жена умерла от передоза, а вы говорите ничего особенного?
- А что ждать от человека, не заинтересованного в жизни? Да и как может быть интересно жить в городишке на конце Земли численностью в пятнадцать тысяч человек? – начинает он рассуждать. – Люди от скуки в таких городах спиваются, а потом вешаются. Мы были молоды, когда Влада родилась. Наверное, даже слишком. Плюс Злата еще и с багажом вредных привычек. Безденежье и быт доконали ее. Но смерть жены четко мне показала то, чего я так боялся признать. И меня, и Владу ждет та же участь, если мы не начнем бежать только в одном направлении.
- И в каком же?
- В сторону цивилизации, – расшифровывает Виктор.
- И все эти годы, – продолжаю я за него.
- Да, все эти годы я с самого конца страны двигался по направлению к Москве. Влада меняла школы одну за одной, а я работы. На это ушла практически вся моя жзинь. Но вот, наконец, я здесь, – Виктор обводит жилище руками. – У меня хорошая работа. Хорошее жилье. И ребенка моего куча перспектив ждет, а ни одна – стать продавщицей в магазине «Вино-водка». Понимаешь?
- Не до конца, - честно признаюсь и отпиваю из кружки.
- Понимаешь, Филипп, если бы Влада была такой же как Злата: слабой и бесхарактерной, я бы на это никогда не решился. Но моя дочь не из тех рыдающих барышень, кто льет слезы из-за грустного конца в романе. Я знал, что она справится. Цель оправдывает средства. Разве нет?
- Не всегда, – холодно отвечаю.
- А мне кажется всегда. Влада еще молода. Она не понимает. Я поступил так только потому, что люблю ее. А зарывать интеллект в глуши - это преступление для человека думающего! Ну, так что на счет моего предложения?
Я долго изучаю лицо Виктора. Этот прохвост знает что хорош, и химика лучше мне не найти в ближайшее время. А его дочь вот-вот уведет олимпиаду у меня из под носа. Поэтому мне ничего не остается, как сказать: