Мы доели молча, запивая френч-доги горячим, не менее восхитительным кофе. Я чувствовала, как тепло разливается по телу, как расслабляются мышцы, даря ощущение приятной неги. Было так хорошо...
Покончив с перекусом, Лёша забрал пустые стаканчики и пакеты от френч-догов, выбросив всё это в высокую урну у минимаркета. Потом мы поехали дальше.
Я не спрашивала, куда он меня везёт. Просто смотрела в окна машины, наслаждаясь пейзажем, и улыбалась.
А потом мы выехали на берег небольшого, но очень живописного озера.
Лёша поставил машину на парковку, опёрся локтём на руль и просто сел, глядя на меня.
– О чём ты думаешь? – спросила я тихо.
Он протянул руку и коснулся моей щеки, проводя большим пальцем по скуле. Я прикрыла глаза, не смея пошевелиться.
– О том, как же сильно ты мне нравишься, – услышала я его голос.
Моё дыхание перехватило.
А потом Лёша наклонился и поцеловал меня в губы.
Медленно. Нежно.
Его губы были тёплыми, мягкими, с лёгким привкусом кофе. Я уплывала в облака, наслаждаясь ими, жадно отвечая на поцелуй и чувствуя, как внутри разгорается жар.
Лёша рывком притянул меня ближе, положив ладонь мне на затылок, зарываясь пальцами в мои волосы. Другая его рука сжалась на моей талии.
Мы целовались долго, забыв обо всём на свете. Я не думала ни о чём. Не хотела. Не могла. Хоть порой какое-то слабое тревожное чувство возникало в груди, словно пытаясь мне напомнить о чём-то, но я сразу же гнала, гнала его куда подальше, ревностно охраняя этот идеальный момент от любых угроз.
Когда мы наконец оторвались друг от друга, оба тяжело дышали. Лёша прижался лбом к моему лбу, пьяно глядя мне в глаза.
– Милана, – прошептал он хрипло. – Я ничего не сделаю, ладно? Просто хочу почувствовать тебя чуточку ближе…
Я не ответила. Просто смотрела на него, теряясь в глубине его взгляда.
Лёша медленно, не отрывая от меня глаз, потянулся к молнии моего пуховика. И начал расстёгивать.
62 глава
Лёша
Я ехал домой и не мог сдержать улыбку.
Просто не получалось. Губы сами растягивались в идиотскую ухмылку, и я даже не пытался это контролировать. Наплевать, что люди в соседних машинах на светофорах смотрели на меня, как на придурка. Мне было всё равно.
Я вспоминал, что мы делали с Миланой в машине.
Всё, что происходило между нами, было невинно. Невинно по сравнению с тем, что я делал с другими девушками раньше. Мы просто целовались. Прикасались друг к другу. Я гладил её волосы, целовал шею, плечи. Забрался рукой под кофточку и гладил нежную кожу её живота, спины... Она сидела у меня на коленях, прижимаясь всем телом, и я чувствовал, как она дрожит от моих прикосновений.
Я не наглел, несмотря на то, что было чертовски тяжело сдерживать себя от большего.
Но не хотелось испортить момент. То, что творилось между нами, хоть и было невинным, но в то же время вышло настолько волнующим… Что казалось – ничего интимнее никогда в моей жизни не было. Такой вот парадокс.
С другими девушками всё было проще. Быстрее. Грубее. Я брал то, что хотел, и не особо заморачивался насчёт ласк или чего-то подобного.
С Миланой же каждое прикосновение имело значение. Каждый поцелуй сводил с ума. Каждый её вздох, каждое биение её сердца под моей ладонью – всё это врезалось в память, оставляя неизгладимый след. Я мог закрыть глаза и вновь увидеть её нежное лицо и то, как она прикрывает глаза и осторожно втягивает сквозь слегка приоткрытые губы воздух, когда я касаюсь её под одеждой…
Я понимал, что после этого уже не могу продолжать скрывать наши отношения от брата. Да и вообще от всех. По идее я должен был с Миланой уже встречаться открыто. Называть её своей девушкой. Держать за руку на людях. Целовать при всех. Чёрт, я так хотел этого! Как никогда ещё ничего не хотел.
И вдруг я чётко осознал, что сейчас приеду домой и расскажу брату правду. Всё как есть. И будь что будет.
Удивительно, но наконец приняв это решение, я уже не испытал никакого страха. Скорее наоборот, во мне поселилась какая-то странная уверенность, что Тёма меня поймёт и примет.
А если нет… Ему всё равно придётся это сделать. Потому что я больше не собирался отказываться от Миланы. Ни за что.
На улице уже начало смеркаться, когда я подъехал к дому. Небо окрасилось в тёмно-синие тона, фонари вдоль дороги зажглись, озаряя заснеженные дорожки тусклым жёлтым светом.
Практически одновременно со мной к дому подъехало бизнес-такси.
Я припарковался и вышел из машины как раз в тот момент, когда из такси выбралась Элеонора. Я скользнул по её фигуре в длинном меховом пальто равнодушным взглядом и вдруг понял – что-то не так.