Но я не обращала внимания. Мне вообще было не до неё – так счастлива я была.
Казалось, в моей жизни настала самая светлая полоса. Я встретила свою любовь и добилась успехов в учёбе в новом лицее. Даже вновь поверила в возможность получить премию Молчанова – как минимум, шанс такой у меня теперь точно имелся!
Хоть и немного огорчало, что после схода с дистанции Федун моим основным конкурентом стал Лёша – мой любимый парень. Если, конечно, он подаст заявку на участие. Но с другой стороны, уступить ему было не страшно. Я готова была и не такое сделать ради Лёши. Да и всерьёз соперничать с ним всё равно не смогла бы.
Был момент посерьёзнее, который омрачал моё счастье. Это ссора братьев, из-за которой и Артём, и Лёша – оба грустили. Я видела это, очень хотела им помочь, но не знала как.
Они стали словно чужие друг другу. Даже расселись по разным партам. Артём теперь сидел с Саввой Розгиным, а Лёша – со Стёпой Мироновым. Причём ни один, ни другой не сознавались, какая кошка между ними пробежала.
Как я ни старалась выведать, ничего не выходило. Романовы молчали как партизаны.
А у меня в душе из-за этого постоянно ворочалась тревога, то немного утихая, то становясь сильнее, но никак не желая проходить.
Я доставала вопросами Лёшу. Артёма тоже спрашивала, но меньше, потому что с ним вообще старалась свести общение к нулю. Лелея надежду, что однажды Лёшин брат остынет ко мне и найдёт себе другую девчонку.
Но Артём упорно продолжал смотреть на меня влюблённым взглядом, несмотря на то, что практически оставил попытки сблизиться со мной. И от этого сердце ныло невыносимо.
А тем временем на календаре был уже декабрь. Вторая четверть стремилась к своему завершению, а наши одноклассники активно обсуждали предстоящий лицейский Новогодний бал, который традиционно проводился каждый год для старшеклассников.
Катя тоже уже вовсю продумывала свой новогодний наряд. Поскольку это был бал, мальчики надевали костюмы, а девушки – вечерние платья.
Меня, конечно, такое положение вещей ничуть не обрадовало. Потому что впереди был ещё выпускной бал, и просить у мамы сразу два вечерних платья за один учебный год у меня бы язык не повернулся. А пойти на Новогоднюю вечеринку и выпускной бал в одном и том же – сомнительная затея. Давать такой жирный повод для ехидства Федун хотелось меньше всего.
Надо было что-то придумать. И, насмотревшись роликов в соцсетях, я решила сшить платье сама.
Достала с антресолей старую мамину швейную машинку и там же нашла достаточно большой кусок тёмно-синей, почти цвета ночного неба, струящейся ткани. К счастью, она прекрасно сохранилась и выглядела совсем как новая. Раньше моя мама увлекалась шитьём, но потом бросила это занятие из-за нехватки времени.
Азы я тоже знала, да и просмотренные в интернете ролики значительно упростили задачу. Оказалось, не так уж всё и сложно, как изначально представлялось в моей голове. Но всё же повозиться пришлось. Целую неделю я сидела вечерами, воплощая в жизнь свой творческий замысел. Под аккомпанемент Элькиной гитары, которая раньше принадлежала Артёму.
Сестра уже играла довольно неплохо, так что кровь из ушей не текла. А в какой-то момент я и вовсе поймала себя на том, что получаю удовольствие от её исполнения. Иногда я даже начинала подпевать ей, и мама приходила к нам в комнату, садилась послушать. А заодно давала мне советы с платьем и помогала исправить мелкие косячки.
Как я полюбила эти вечера!
Казалось, моя жизнь вошла в какую-то новую удивительную пору, преображалось всё вокруг. И в нашей квартире вместо привычной ругани поселился мир и уют. Даже мама с Геной перестали без конца собачиться!
А я сама ещё никогда с такой радостью не смотрела в будущее. Нет, были, конечно, маленькие тревожные звоночки предчувствий, периодически врывавшиеся в мои мысли. Но я гнала их, веря, что всё непременно сложится хорошо.
На воскресенье двадцать пятого декабря была запланирована вечеринка в лицее – тот самый Новогодний бал. А двадцать четвёртого в субботу моё платье было полностью готово.
Оно получилось нереально красивым. Облегающий лиф, с открытыми плечами и тонкими бретельками. Юбка длинная, в пол, с разрезом сбоку. Простое, но элегантное. И когда я надела его и встала перед зеркалом в нашей маленькой прихожей, то не смогла отвести от себя взгляд.
Мама, Элька, Гена – все собрались оценить плоды моих трудов. И все были восхищены.
Даже Игорь, обычно равнодушный ко всему, что не касалось его любимых игр, сказал: