Я навострила уши. Премия фонда Молчанова была одной из весомых причин, почему я так стремилась попасть в этот лицей, чтобы окончить его с отличием. Она присуждалась лучшим выпускникам и открывала двери в любой ВУЗ страны, включая именитые столичные университеты. Для меня это был реальный шанс получить образование мечты.
– В этом году премия будет, – подтвердила классная, – но только для одного человека, который покажет самые высокие результаты в лицее. Поэтому тем ученикам, кто хочет претендовать на премию, придётся приложить все усилия.
– Поняла вас, Ирина Леонидовна. Приложу, – довольно кивнула рыженькая, будто считала, что премия уже у неё в кармане.
И это заставило меня слегка напрячься.
– А это кто? – наклонившись к Кате, тихонько спросила я.
– Это наша звезда, – закатила глаза она. – Римма Федун. Та ещё стерва.
3 глава
Я была рада, что познакомилась с Катей. Во время уроков она, не дожидаясь от меня вопросов, тихонько поясняла непонятные моменты, а на переменах, пока мы перемещались из одного кабинета в другой, без умолку болтала о классе, об учителях, о школе.
Но я с трудом могла сосредоточиться на её рассказах, потому что, к своему стыду, без конца искала глазами Лёшу. И когда мой взгляд наконец натыкался на его бесстрастный профиль или широкую спину, сердце начинало странно и тяжело биться в груди. Такое я испытывала впервые в жизни и, признаться, не на шутку нервничала по этому поводу, не зная, как к подобному относиться.
Но Катина болтовня меня успокаивала. Да и вообще, благодаря этой девушке я не чувствовала себя так одиноко, как могла бы. Остальные ребята как-то не очень спешили со мной подружиться. У всех были свои компании, своё общение, свой мир.
После третьего урока Катя повела меня на первый этаж в местную столовую.
Когда мы вошли, я была поражена её размерами и оформлением. Это было совсем не то, что в моей старой школе.
Столовая представляла собой просторное помещение с высокими потолками и большими окнами, через которые проникали яркие лучи солнца, а под ними красовались зёленые растения в высоких напольных горшках. Вдоль одной из стен тянулись длинные столы из светлого дерева, окруженные мягкими стульями и пуфиками с яркими тканевыми обивками. С другой стороны зала находилась линия раздачи с огромными витринами, наполненными разнообразными блюдами: от аппетитных свежих салатов до горячих закусок и пирожных, которые манили своим яркими шапочками крема. От одного взгляда на них у меня побежали слюнки.
Народу в столовой было достаточно, и мы с Катей, взяв подносы, встали в конце очереди.
– Ну, как тебе наша столовка? – спросила Катя, ставя себе на поднос компот в пластиковой бутылке.
– Она идеальна, – ответила я, как завороженная глядя на витрину с напитками. Чего тут только не было… Вот только ценники немного кусались. По сравнению с моей старой школой, конечно. А вообще здесь всё стоило как в обычном кафе.
– Я тоже, когда первый раз её увидела, пришла в полный восторг. В моей старой школе ничего подобного не было. Только булочки там пекли божественные, здесь таких нет.
– Так ты тоже перешла сюда из другой школы? – спросила я, обрадовавшись, что у нас с Катей нашлось что-то общее.
– Да, год назад. Поэтому я прекрасно знаю, как ты себя сейчас чувствуешь.
Я улыбнулась, снова ощутив прилив благодарности к этой девушке за то, что не бросила меня одну.
И тут боковым зрением уловила, что в столовую вошли несколько парней, среди которых были и Романовы. Моя реакция на появление Лёши не заставила себя ждать. Сердечко забилось, как у воробья, ладошки вспотели, щёки запекло.
Понимание, что они сейчас подойдут и встанут в очередь позади нас, и вовсе вызвало у меня приступ настоящей паники. Но к счастью, парни двинулись в противоположном направлении от линии раздачи. В углу стояло несколько автоматов с газировкой и разными шоколадными батончиками – они-то и заинтересовали моих одноклассников. И я незаметно выдохнула.
– Слушай, а почему ты так не любишь Лёшу Романова? Он что-то тебе сделал? – повернувшись к Кате, задала я вдруг остро заинтересовавший меня вопрос.
Она как-то нервно убрала волосы за ухо и на секунду сжала губы в тонкую линию, прежде чем ответить:
– Просто не люблю таких людей, как он.
– А какой он?
Катя недовольно скривила губы, переступив с ноги на ногу, всем своим видом показывая, как ей не хочется говорить об Алексее. Но я позабыла о всяком чувстве такта, настойчиво глядя своей новой подруге в глаза и ожидая от неё ответа.