Только вот не думать никак не получалось. Сердце тревожно стучало в груди, меня пугало дальнейшее развитие событий, хотя, если так разобраться, ну чего страшного в том, чтобы начать встречаться с парнем? Тем более, Артём и правда очень классный!
Другая на моём месте прыгала бы до потолка от радости, а я...
В который раз зажмурилась, сделала глубокий вздох и попыталась сконцентрироваться на учёбе.
Но стоило мне начать вникать в формулы, как в голову снова полезли мысли. Только теперь совсем другие. На этот раз о тёмных завораживающих глазах Лёши. О том, как мы разговаривали с ним утром в столовой. О нашем дурацком споре...
– Сметанка! – ворвалась в комнату Элька, неся перед собой подаренную Артёмом гитару и сияя от счастья. – Смотри, я уже почти выучила песню!
– Эль, пожалуйста, не сейчас, – устало простонала я. – Мне нужно заниматься.
– Да-да, но можно я тебе быстренько покажу? Всего две минуточки! – умоляюще посмотрела на меня она. – Ну пожалуйста!
Я тяжело вздохнула:
– Ладно, давай, только быстро.
Устроившись на своей кровати, сестра принялась расставлять пальцы в нужном порядке на струнах, высунув от усердия язык. Даже несмотря на своё нервное состояние, я не могла не умилиться этой картине. Такая Элька была забавная.
Наконец она заиграла свою песню, и, к моему великому удивлению, у неё действительно стало получаться что-то более или менее похожее на настоящую музыку. Видно, качественный инструмент творил чудеса.
– Ну что, круто? Скажи же, круто! – заверещала сестра, едва закончив играть.
– Очень круто, – признала я, показав ей большой палец. – А теперь дай мне позаниматься, пожалуйста.
– Всё-всё, – покорно пообещала Элька, бережно ставя гитару в уголок комнаты.
Но сосредоточиться на учебнике мне всё равно не удалось.
То брат вломился в нашу комнату и начал обыскивать все углы – где-то потерял свой любимый мяч. То у Элинки зазвонил телефон.
– Привет, Насть! – радостно защебетала она, усевшись на своей кровати по-турецки. – Да, представляешь, мне подарили новую гитару! Такую крутую!
И понеслась болтовня. Элина забыла про всё на свете, включая своё обещание больше не мешать мне заниматься.
В конце концов, моё терпение лопнуло. Я сгребла со стола свои, учебники, тетрадки, ручки и пошла на кухню.
Сестра даже не обратила внимания на мой уход, продолжая громко трепаться по телефону с подружкой.
На кухне было относительно тихо и спокойно. Семья уже поужинала, посуда была вымыта, я с комфортом устроилась за чистым обеденным столом и снова открыла учебник.
Только шум из комнат всё равно отвлекал. Мама с Геной в зале смотрели телевизор, Игорь пинал мяч в прихожей, а Элина, воспользовавшись тем, что я ушла, опять принялась мучить гитару…
Я злилась, затыкала уши, хотелось плюнуть на всё, встать и пойти на улицу прогуляться, проветрить мозги подальше от этого хаоса. Но я понимала, что мне нужно заниматься, и, стиснув зубы, продолжала разбирать формулы и пытаться решать задачки.
Время подходило к десяти, моя семья начала потихоньку укладываться спать, а я наконец смогла по-настоящему погрузиться в учёбу в долгожданной тишине.
– Милана, ты спать не собираешься? Уже одиннадцатый час, – заглянула на кухню мама в халате.
– Мне надо ещё позаниматься, – ответила я, не отрывая глаз от тетради. – Я отстаю, надо нагонять.
– Ну смотри, не засиживайся допоздна, – вздохнула она и ушла.
Я продолжила решать задачи, зевая и потирая усталые глаза. Хотелось прорешать все упражнения по изученной теме, чтобы на контрольной не тормозить. У меня получилось разобраться с большей частью, но потом я застопорилась. Никак не могла справиться с очередной задачей, которая была совсем чуть-чуть заковыристей остальных. И так пробовала к ней подойти, и эдак, но ответ упорно не сходился.
Я откровенно психовала, пытаясь понять, что не так. В чём подвох.
Это ведь было даже не задание со звёздочкой.
В голову полезли неприятные мысли о том, что я просто тупая и точно вылечу из лицея. Слёзы подступили к горлу. Я уронила голову на руки и заплакала.
Ревела долго, жалея себя, и никак не могла остановиться. Дело было не только в дурацкой задаче. Просто всё навалилось сразу – и учёба, и Артём со своим желанием встречаться со мной, и ещё Федун эта чёртова! Честно говоря, она напрягала больше всего, и я до сих пор пока не представляла, как с ней расквитаться.
Мои уже давно все уснули, и я старалась плакать беззвучно, чтобы не разбудить их своим нытьём и хлюпаньем носа, но кажется, Гена всё-таки услышал.
– Что случилось? – заглянул он в кухню в своей мятой синей пижаме.