Разбита и, кажется, убита.
Даже пропускаю звонок от родителей, не хочу им врать в глаза, хоть и через экран. Просто напишу сообщение попозже, что проспала.
Теперь Крис со своими шипящими фрейлинами не кажется мне такой уж большой угрозой. Все меркнет на фоне Его.
Оглядываясь назад, я не понимаю, почему так поступила. Скрываться от правды и закапываться в собственной лжи не имеет никакого смысла. Врать самой себе – последнее дело.
Меня физически безумно тянет к этому дерзкому и сексуальному парню, так что отключается способность здраво размышлять. Все его пренебрежительные взгляды и злые усмешки просто растворяются, как будто их и не было, стоит ему только оказаться в опасной близости рядом со мной.
Только как сдержаться, если будет следующая провокация и не подойти к нему? Вчера я уже вскипала и остывала к нему несколько раз. Как на качелях покачалась. По итогу совершила непростительную глупость – почти отдала ему свой первый раз.
Почему почти? Это и был мой первый раз. Я только несколько раз целовалась с парнем, с которым ходила за ручку в школе, гордо называя нас парой. И все.
А если он решит, что я дала ему зеленый свет на все, и снова заманит меня в аудиторию, только в этот раз у него будет презерватив? Я не выдержу такого унижения. А это будет именно унижение, хотя бы перед самой собой.
Я не могу подарить свою девственность уголовнику, который сказал мне парочку грубых комплиментов. Который считает меня шлюхой. Не могу отдать свой полноценный первый раз в пустой аудитории или подсобном помещении университета.
Я должна показать ему, что все это ошибка и продолжения ни в коем случае не будет. Полное игнорирование его персоны, думаю, подойдёт.
В груди мерзко и тревожно. Особенно после того, как вспоминаю дорогу домой. Белые пятна с синих джинс стёрлись, но плохо, остались не яркие следы. А в рваной и грязной рубашке я пробежала пол университета, закрываясь руками и жутко краснея перед гардеробщицей. Надеюсь, кроме нее меня никто не видел.
Кое-как соскребаю себя с постели и иду в ванную. Чувствую себя отвратительно не только физически – в душу как будто нагадили. Видеть королевскую свиту совершенно не хочется, слушать издевательства тоже.
Если пережить это все возможно, то остаётся только ждать. Наверное, умей я драться или будь я бесцеремонной хамкой, я бы ответила девочкам, но я – не они. И надрать им задницы где-нибудь в переулке у меня не получится. Может, заказать кого-нибудь? Какую-нибудь профессиональную боксершу, чтобы она им мозги вправила.
Грустно смеюсь от собственной беспомощности, и от меня отшатывается девочка в очереди, что залипла в телефоне и не заметила моего появления. Все смотрят на меня, как на кусок самых огромных фекалий, что выдала корова, и делают пару шагов в сторону.
А потом… меня просто теснят.
- Мы после тебя туда не пойдем, - говорит мне одна из новоприбывших девочек и отправляет меня в конец очереди.
- А трогать меня уже нормально? – завожусь я от легкого толчка.
- Я после тебя помоюсь с дезинфицирующим мылом.
- От триппера не спасет, - зло шиплю и ухожу в свою комнату, на эмоциях громко хлопнув дверью.
Смотрю на пустую кровать Риты и открытый шкаф, в котором стало меньше вещей. Либо она переехала к подружкам, либо к парню, либо, что более вероятно, просто подальше от меня.
Прекрасно. Теперь эта комната размером три на четыре полностью моя! И никто не захочет жить со мной! Во всем нужно искать плюсы.
Беру тазик и иду на кухню за водой. Еще из-за них я не опаздывала на пары. Пускай подавятся.
Мне нужно только умыться и почистить зубы, в душе я была с вечера.
Надев джинсы, что обтягивают как вторая кожа, но уж очень удобные, кроссовки и толстовку с капюшоном и огромным карманом спереди, и любимую ярко-зелёную куртку, я отправляюсь в университет. По пути показываю средний палец девочкам, что до сих пор стоят в очереди.
- Пока доберешься до ванной – зараза уже впитается в кожу, и ты будешь мучатся от болячек, - подмигиваю девочке, что не дала мне пройти в ванну, - Кстати, - кричу, что бы слышали все, хотя этого не требуется, потому что все затихли и внимательно наблюдают за мной, - Я ночью мылась. И никто не додумался обработать душевые хлоркой после меня, - цокаю языком и с досадой качаю головой.
Парень, что только вышел из ванной комнаты, вытирая мокрые волосы полотенцем, замер и испуганно округлил глаза. А остальные начали потихоньку рассасываться.
Господи, какие они все придурки!
Зато, может душ будет исключительно мой? Как комната.
Хорошая новость номер два. Все складывается куда лучше, чем я могла представить. Нужно будет поблагодарить стерв за такие подарки.