Сдав куртку недовольной гардеробщице и получив, под бормотание про нерадивых студентов, номерок, я бегу к лестнице. Еще издалека слышу ребят, что стоят на лестничном пролете, и только начиная подниматься, я узнаю голоса.
Писклявый и слишком громкий смех Вари я никогда не спутаю с ничьим. Если не слышали змеиное кудахтанье, то вам стоит послушать Крис. Мужской бас принадлежит кому-то из братьев, а вот еле различимые смешки точно его…
Они меня не видят и из-за шума, который сами издают, не слышат. Зато я вижу, как Варя стоит слишком близко к Хищнову и прижимается к его бедру своим. От этой картины появляется жжение, что хочется расчесать грудь. Оно, как зараза, расползается на шею и обвивает, не давая сделать нормальный вдох. Приходится тянуть воздух с удвоенной силой, получая тяжёлое и шумное дыхание.
- За Ольховскую вступился Аминов, - недовольно тянет Романова.
- Я думал, он вступился и за ее подругу, - это уже Лев.
- Может быть, он и хотел так сделать, но все думают только про Ольховскую.
- Над Соловьевой дальше издеваетесь? - хрипловатый глубокий голос душит еще больше, вставляя в горле ком и в спину железную палку, неестественно ее выпрямляя.
- Пока нет, все ждут, что ты за нее заступишься или дашь отмашку на дальнейшие действия, - Варя дотрагивается до его руки и заглядывает в глаза, наклоняя голову.
- Мне похер, - безразлично бросает новенький и опускает свою руку на талию кобры, которая тут же тянется всем телом к нему.
Отвратительно. Но, наверное, так и должно быть. Моральный урод и девочка с обложки журнала, которую уже поимели все его друзья, должны были сойтись. Идеальный тандем.
- Даешь добро? – слышу хищные нотки в голосе Крис.
- Угу, - все так же безразлично выдает Хищнов.
Он даёт разрешение на травлю меня. Просто обалдеть! А что же парня с улицы, который не учится у нас, не спросили? С какого вообще перепугу он решает хоть и малую часть, но моей судьбы?
Еще мне становится обидно. Естественно, я не ожидала от него благородства, но чтобы так…
Вперяя взгляд ровно прямо, все с такой же прямой спиной и жжением по всему телу, что разошлось от груди, я иду дальше, даря им ровно ноль своего внимания.
Неестественная тишина заполняет помещение, когда они замечают меня. Их взгляды ощущаются мерзко, как скользкие маленькие змейки. Хочется передернуть плечами и стряхнуть хладнокровных. Хочется вытереть вспотевшие ладони. Хочется потереть в том месте, где жжение особенно сильно. Уверена, что мое тело так реагирует только на взгляд Хищнова. Просто оно предупреждает о самой большой опасности, исходящей от этой компании.
Под прицелом четырех пар глаз я дохожу до третьего этажа и судорожно выдыхаю часть напряжения, когда скрываюсь от их взглядов.
Опять замечаю неладное, а именно – напрягшиеся соски. Да, какие-то секунды жжение было особенно сильным на них, значит, Хищнов разглядывал мою грудь.
Сразу вспоминаю, как он делал моей троечке комплимент и по ней бегут мурашки.
Но начать возбуждаться от взгляда, которым он мазнул по мне – это не нормально!
В следующий раз обойду, чтобы не пересекаться с ним и плевать на опоздания и на все на свете. Я буду обходить его стороной и точка.
___
Надавала бы ему лещей, но я сама сделала его таким😔😔😔
Извините за опоздание. Я случайно поставила выкладку не на 9ое сентября, а на 9ое октября. Только что заметила🫣
Поддержите, пожалуйста, звёздочками и комментариями😇
6.2
Пока добираюсь до кабинета, удается взять себя в руки. Сбои дыхания устранены и кожный покров пришел в норму. Только пальцы немного подрагивают, поэтому я сцепляю их в кулаки.
Извинившись за опоздание, я спешу к нашему с Ленкой месту и не удивляюсь, когда вижу там же Тимура. Они улыбаются мне вместо приветствия – Лена обеспокоено, Тимур лениво. Я же натянуто. Это максимум, что я могу. И то не уверена, что выглядит адекватно.
Он просто разрешил продолжить надо мной издеваться!
Что это? Месть за вчерашнее? Я слишком сильно задела его чувства? Тогда почему ему просто не оставить меня в покое и не трогать? Не караулить после занятий и не нападать. Просто игнорировать даже взглядом.
Я очень хочу, чтобы так все и случилось. Что бы моя жизнь вернулась в свою колею и стала снова тихой и мирной.
До конца пары я пытаюсь сдержать слезы обиды, те все пытаются вырваться наружу. И я их держу. Но как только в голове проносится его безразличное согласие на вопрос Крис, они сразу снова начинают ломить переносицу и скапливаться в уголках глаз.