На последнем предложении мой голос сорвался на крик. А теперь я стояла и тяжело дышала, смотря на ошарашенные лица соседей по общежитию. Меня колотило от выброса адреналина. Руки пришлось сжать в кулаки, чтобы все не увидели моих трясущихся пальцев. Ещё бы опереться на чего-нибудь, чтобы не упасть.
- Посмотрите, что эти кобры сделали со мной только потому, что на меня обратили внимание. А теперь подумайте, что будет с вами, если завтра Лева или второй брат посмотрит на вас. Круто вам будет? Надеюсь, вы перенесете это так же весело, как сейчас смеётесь надо мной.
Закончила я уже спокойнее. Даже небольшая радость пробилась в моей душе сквозь злость, когда я увидела несколько виноватых лиц.
Меня снова распирало от эмоций. Они так быстро копятся, а я не успеваю их выплескивать. Вот бы проораться, съездить в поле. Там бы я разошлась. Палкой бы снег полупила, представляя, что бью каждую нашу университетскую куклу. И Хищнова.
- Ты закончила? – а вот и главный герой моей сказки явился. Я даже не удивлена. Он умеет появляться в нужное время в нужном месте, - Пойдем.
- Пошел ты, - прошипела я.
Все то, что только что выплеснула на студентов, снова начало клубиться в груди. Моя темная сторона начала оживать, выплескивая свою черную лаву, что заставляет мою кровь вскипать. Температура моего тела стала стремительно подниматься, а во рту стало сухо. Не будь я человеком адекватным, каким я себя в принципе считаю, если не брать в расчет прошедшую неделю, то я сейчас металась бы по кухне, как резиновый мяч, который с силой бросили в стену, и он начал кружить по помещению. А так я стою и очень быстро закипаю. Мои метания происходят внутри, от этого руки уже ходят ходуном, грозясь встретиться с горячей кастрюлей, а дыхание периодически перехватывает. Сердце не справляется и кажется, иногда вовсе не бьётся.
- Пойдем в комнату, Марин, - спокойно повторяет Хищнов и идёт в мою сторону.
Он ступает медленно, боится моей реакции. Но в глазах решимость вперемешку с беспокойством. Весь его вид говорит, что мне лучше подчиниться. Как обычно, но в этот раз без угроз. Если не будет, как сказал он, то из зверя новенький превратиться в пещерного человека и утащит меня на плече.
А я не согласна!
- Я лучше сдохну, чем буду находится рядом с тобой, - у меня чуть слюни не летят. Слова я просто выплевываю.
Я его ненавижу.
И видеть его не хочу. Хорошо, что мы на моей территории и я могу просто уйти. Это я и делаю, иду к себе в комнату, лишь бы сбежать от него. Но я фатально ошибаюсь, забывая, что вообще-то травмирована.
В коридоре неловко ступаю на ногу и чуть не падаю. По классике жанра меня ловит Хищнов и устраивает поудобнее на руках, случайно задевая ребра.
Я шиплю и бью его по плечам, по рукам, по голове. Куда попадется. А ещё я натуральным образом ору на него, срывая голос.
В коридоре общежития творится настоящая сцена, на которую выглядывают все, кого не было на кухне.
- Отпусти меня, ублюдок! Мразь!
Я не стесняюсь в выражениях. Я не подбираю слова. Я не думаю о том, что они могут его ранить. Оскорбления сыплются из меня, поливая по полной программе новенького. Я виню его во всех смертных грехах. Во всех моих бедах.
Выдыхаю уже в комнате, в которой мы находимся уже с минуту. Мой запал закончился, как и дыхание.
Пора заниматься спортом.
Я упираюсь в колени ладонями и пытаюсь отдышаться. Травмы плюс дикий ор, сильный эмоциональный всплеск и множество нанесенных ударов выбили меня из сил.
- Плохо? – новенький пытается меня поддержать, но я уворачиваюсь, шипя от боли.
У него обеспокоенный вид и царапины на лице. Это приносит мне немного удовлетворения, которое теплом растекается по грудной клетке, но встает комом где-то под горлом. Но теперь у меня получается вполне спокойно попросить его уйти:
- Оставь меня, пожалуйста. Я не хочу тебя видеть, - показываю трясущимися пальцем на дверь.
- Проблема в том, Малин, что ты здесь больше не живешь, - он пожимает плечами и закладывает руки в карманы. И снова эта решимость во взгляде.
От его присутствия в комнате становится мало воздуха. Для такого количества квадратных метров он слишком большой. Но в то же время здесь стало свежо, он принес мороз с улицы, что осел на его расстегнутой кожанке. Его растрепанные волосы влажные от снежинок и одна капля стекает по его лбу. Свет в комнате приглушен и его смугловатая кожа выглядит еще темнее.