Вскидываю брови, когда вижу полностью голую бетонную гостиную. Здесь можно сделать красивую комнату отдыха. Почти сразу опоминаюсь, где-то примерно на выборе цвета мебели после обоев и решаю, что это вот вообще не мое дело.
Подхожу к входной двери и жму ручку. Закрыта, естественно. Она будет закрыта, даже если я перестану быть тут пленницей. Это просто нормально закрывать дверь. Но я огорчаюсь, теряя маленькую надежду.
Осматриваю всю прихожую за несколько минут. Ищу ключи. В тумбочке и висящей большой жилетке их нет. А вот моя куртка уже здесь.
Кухонные шкафчики, комната Хищнова, даже ванная комната. Ничего нет. Осматриваю ''свою'' площадь, но здесь вообще стерильно чисто. А ещё очень прохладно и уже краской не пахнет. На кровати лежит два одеяла и плед. Он что, спал с открытым окном? Совсем дурак? Так и заболеть можно.
Да какая мне разница?!
На поиски уходит не больше пятнадцати минут, тут просто негде прятать вещи. И я трачу время зря. Ключей нигде нет.
Я сажусь на свою кровать и в очередной раз удивляюсь посетившей меня мысли.
Почему у меня отдельная комната?
Новенький ведь может меня заставить спать с ним и я никуда не денусь. Конечно, будет много ругани и даже телесные повреждения. Но он выделил мне личное пространство. При чем самое лучшее в квартире со свеженьким ремонтом.
В унылой комнате был только пакет с самым необходимым, остальные вещи здесь. Я бессмысленно перебираю вещи, не зная чем себя занять. Но так и оставляю их в сумке и чемодане, даже не думая выкладывать их в шкаф.
14.2
- Привет, Малин, ты как себя чувствуешь? – Ольховская сама набрала мне во время перемены. Бежит на другую пару, слышу по сбитому дыханию.
- Привет. Нормально. Таблетки хорошие очень, почти не чувствую боль, а так и вовсе на нее не обращаю внимание, - тараторю, пытаясь унять волнение, - Ленк, можешь помочь? Надо квартиру снять. Я без интернета.
- Могу и помогу, - выдыхает и тут же обреченно вздыхает, - Мне не дают комнату в общежитии. Предлагаю снимать вместе.
Не дали комнату? Это какая-то акция? Высели одну подругу, вторая не заселится в подарок.
Вот же парни ''молодцы''. А то, что это постарался Аминов, сомнений нет.
- Я только рада, - улыбаюсь, решая одну из проблем, - Денег у меня хватит на несколько месяцев съема, так что не переживай. Договаривайся.
- Но я так не могу.
- Отдашь. Сейчас у тебя есть за половину одного месяца?
- Да.
- А там уже и работу найдешь. Не переживай.
Успокаиваю ее, зная, как она переживает о том, чтобы не доставлять неудобства. Для нее, не видящей света, принять помощь такого масштаба, как оплата пары месяцев аренды за квартиру или телефон в подарок, кажется катастрофой.
- Ладно. Слушай, королевы и свиты сегодня нет. Поговаривают, они не скоро еще появятся.
Отлично! Сойдут синяки на лице и можно с чистой совестью идти в университет. Пока я не приняла решение, куда буду переводится, лучше не пропускать занятия.
Настроение ползет вверх. С квартирой скоро вопрос решится, а кобр я долго не увижу. По слухам, конечно, но все равно это не уменьшает моего воодушевления ни на грамм. Я даже одну гирлянду вешаю. Для красоты и вместо ночника, а то комната сильно пустая.
Хищнов приходит через час. Шуршит пакетами, потом гремит холодильником и дверцами шкафа. Потом уходит в свою комнату.
Я выглядываю и бегу в туалет, а потом в ванную помыть руки и замираю. В самой ванной лежит прорезиненный коврик, почти скрывающий дно.
Робкая улыбка появляется на секунду, как и небольшой огонек очередной надежды, но я их быстро гашу. По пути и в самой комнате я повторяю как мантру, что нельзя, нельзя, нельзя. Мне нельзя радоваться даже таким мелким вещам, которые делает для меня новенький. Нельзя даже самую малость надеяться хоть на что-то. Иначе все закончится для меня очень плохо.
Убедившись, что мозг установки обработал и принял, достаю учебники и тетради. Решаю сделать доклад по философии и зависаю на правках.
Новенький шумит на кухне, судя по запаху, он готовит. Когда уже опускаются сумерки, он стучит в мою дверь и немного приоткрывает, заглядывая.
- Я уйду скоро. Буду очень поздно, - он закусывает губы и смотрит прямо, а я усиленно пялюсь в учебник. Висок и щеку покалывает множеством маленьких иголочек, - Я поесть сделал. Ты на обед не вышла, хоть и звал несколько раз, - удивляюсь, ведь я не слышала, - Поужинай, хорошо?
Я лишь киваю, на что получаю тяжёлый вздох.
Он ещё какое-то время смотрит на меня. Чувствую кожей, как проходится по согнутым в коленях ногам, по спине и шее. Я лежу на кровати на животе и подпираю голову рукой.