Все валится на меня и валится. Ревность, обида, злость, тоска, любовь.
Я, получается, безответно люблю ее? Ведь эта херь никуда не делось. Она все так же сидит во мне, иначе я бы сейчас спокойно работал, а не заливался и не спал в спальнике на полу своего кабинета.
Снова все внутри скручивает и выворачивает. Я оголен и уязвим. Я смертельно болен. И я почти труп.
- Что с руками? - на спину падает тяжелая ладонь, а рядом приземляется тело.
Поднимаю голову и смотрю на мужика. Ильич. Точнее, Николай Ильич. Тот самый мировой мужик, который помогал с лицензией и запустил сарафанное радио.
Вот только видеть я никого не хочу.
- С кем подрался? - осматривает мои сбитые костяшки, не замечая моего враждебно настроенного взгляда.
Подрался я с Левой. Кулак влетел ему в нос сразу, как только из его рта вырвалось "шлюха" в отношении Марины. Дрались не на жизнь, а на смерть. Только все мои ссадины по корпусу, а его на лице. Парни еле разняли.
- Че бухаешь-то? Повод есть? - по глазам вижу, что знает, что за повод. Хочет, чтобы сам рассказал. А мне-то больше делать нечего, как ещё и произносить это дерьмо вслух. И внутри-то оно режет ткани организма, а если скажу, то сдохну.
Поэтому я лишь молча отпиваю очередной глоток.
Сколько я уже бухаю? Сейчас десять вечера, начал в час дня. Я прилично пьян, чтобы адекватно воспринимать болтовню Ильича.
- Всякое бывает. Жизнь такая. У всех разная, но дальше все зависит от тебя, - бубнит над ухом убаюкивающе. Даже мутить перестало от его монотонного тембра.
Звонит телефон, и я подрываюсь. Но это лишь монашка.
- Таня? - удивляется Ильич, когда видит фотку.
- Лена, - хриплю, исправляя. Монашка - нейтральная тема. Я никогда не воспринимал ее как подругу Марины, только как девушку Аминова.
- А маму как зовут? - сглатывает, беря мой телефон.
- Без понятия.
- Покажи ещё, - тянет обратно смартфон, когда тот замолкает.
Я, еле шевеля пальцем, открываю единственную фотку Лены в соцсети.
- Ольховская? - кажется, у него перехватывает дыхание. Наблюдая за ним, мне становится легче. Впитываю чужим эмоции, глуша свои, - Сколько ей лет?
- Двадцать. Около того, - силюсь не закрывать глаза, когда веки сами начинают опускаться. Мне кажется важным сейчас отвлечься, а не уснуть. Хоть немного почувствовать себя человеком.
- Двадцать, - как завороженный повторяет он, - Лена. Елена, - восторженно вглядывается в экран, - Она не сделала аборт…
Кто? Лена? Монашка и аборт? Или я чет не понял?
Но спросить не успеваю, сползаю по стене на подушку и всё-таки закрываю глаза.
___
*Баста - Я почти погиб
Изначально это была предпоследняя глава. Завтра выложила бы ещё одну и конец. Но что-то пошло не так и я все переписала. В переди ещё три небольшие части, только не завтра, а то я сегодня с темп 39. Если станет лучше, то постараюсь выложить)
23
Малина.
Еду в университет вся дерганая. Ерзаю на сидении, не зная куда деть руки. Таксист на меня уже начал косится.
Три дня ожидания прошли сидя на пороховой бочке. Много пролитых слез и истерик. Куча непринятых звонков от родных и несколько бутербродов за трое суток.
Снова пытаюсь найти удобную позу, ерзая на месте, складывая руки на коленях и сглатываю от чувства надвигающейся беды.
Да, похоже все еще только впереди.
Интуиция вопит, что не стоит ехать в универ, в точности как тогда, когда я впервые увидела Максима. Тогда я зависла на его глазах и упала в обморок от страха, когда услышала его голос. Но в этот раз я не раздумывая прыгнула в сапоги, а потом в такси.
Я за три дня вся извелась. Почти не спала и много думала.
С одной стороны я не хочу терять его, с другой стороны то, что он не верит мне, сильно бьёт по отношениям. Но только терять его я не хочу намного больше, чем забыть обо всем. Я уверена, что мы настолько сильно любим друг друга, что со всем справимся.
Только нужно найти его и еще раз поговорить. Спокойно, как взрослые люди. Господи, хотя бы попробовать. Со взрывным характером Максима это будет проблемой.
В холле все отшатываются от меня, но я на это обращаю внимание лишь вскользь. Мне не до них.
Как добралась до сюда не помню, так же как и расплачивалась с таксистом. В одно мгновение вопит интуиция, в другое я уже еду, в третье я ищу глазами знакомую макушку.
Натыкаюсь глазами на Малыша, он движется прямо по направлению ко мне.
Только его и не хватало. Вот вообще не хочу с ним пересекаться. Хватило пар и экзамена, в это время Максим караулил меня у аудитории, строчка мне ревнивые смски.
Оглядываюсь по сторонам, ища пути отхода. Но Николай Григорьевич слишком быстро двигается. Он берет меня под локоть и под прицелом десятков глаз отводит в сторону.