— Новенький, — безучастно ответил второй.
Поворот скрыл их из виду, а наушник водворился на законное место, погружая в собственный мир.
Нет, я не против вас, старички. Вы – наш боевой опыт. Вы – наши многолетние знания. Вы потом и кровью сделали имя нашему подразделению и продолжаете его гордо нести. И если вам понадобится помощь, я не раздумывая сделаю всё, что потребуется. А пока вы – стена, которая прикроет растерянного неопытного салагу. Да, в подразделение отбирают людей с боевым опытом, но ведь невозможно предусмотреть все ситуации. А вы их прошли более, чем достаточно. Вы – герои для всех молодых парней, когда-либо державших автоматы. Но не я против вас, против вас время. А оно безжалостно даже к заслуженным бойцам спецназа.
Спецназ – это механизм, который не должен сбоить. Спецназ – машина, работающая автономно на максимальных оборотах вдали от помощи и поддержки. У неё нет права на остановку. Поэтому, если деталь не может работать на сто процентов, её необходимо заменить. Заменить без эмоций и сожалений, пока не стало поздно. Иначе всему механизму придёт конец. Никто не бросит уставшего товарища на задаче, придется тащить на себе. Это замедлит группу, отвлечёт боевые единицы от работы, что грозит невыполнением задачи. И смертью.
Обгоняя мысли, я подбежал к спортгородку, похожему на те, что стояли во дворах всех школ Советского Союза. Железные трубы различного диаметра, сваренные в простейшие конструкции. Рукоход, брусья, шведская стенка и турники – постоянные атрибуты спортгородков.
Народу на турниках было много. Так принято. Утром это самое людное место. Здесь можно растянуть залежавшиеся за ночь мышцы, вытянуть позвоночник, прокачать пресс, обсудить всё, что не успели обсудить вчера, подзадорить друг друга, да и просто загаситься[1] от бега. В общем, отличное место сбора. Опытный командир уже на зарядке видит, кто с каким настроем проснулся. Случилось ли у кого что за ночь и кто вчера сидел допоздна. По помятым лицам и резкому запаху мужского одеколона изо рта легко вычислить последователей зеленого змия. Выявив различные ячейки, в которые сбиваются подчиненные, командир может узнать интересы тех или иных групп. Когда знаешь группу, сразу видишь неформальных лидеров. А воздействуя на лидеров, можно держать под контролем всех. Всё гениальное – просто. Грамотный командир никогда не расслабляется, он даже за столом, незаметно для многих, проводит анализ каждого действия подчиненного, и знает, как улучшить результативность группы.
— Всем привет, — я протянул руку каждому, закрепляя утреннюю церемонию рукопожатием.
Улыбающиеся лица, доброжелательные взгляды, мне определенно здесь нравится.
Один парень, не обращая внимания на вытянутую ладонь, прошёл мимо. Наверное, не заметил. Хотя посмотрел на меня и поначалу отвёл глаза.
— Чего уставился? — резко развернувшись, выплюнул он, пока я, пытаясь понять, что происходит, провожал его взглядом.
— Я не уставился, просто поздороваться хотел, — я так и стоял с вытянутой рукой.
— Я спрашивал, что ты хотел? Я спросил, чё глазёнки на меня вылупил?
— Да тихо ты, Аскет. Чего кипишь-то? — вмешался Черкес, и, обращаясь уже ко мне, добавил: — Чего опаздываешь?
— Наверное, снилась знойная дама со спелыми окружностями, и, как истинный джентльмен, ты не хотел оставлять её одну, а? — подначивал с ухмылкой Барс.
— И только парус по утрам о женщинах напоминает нам, — тут же поддержал Черкес, засмеявшись.
Эти двое всегда вместе, оба среднего роста и даже похожи, только Черкес брюнет , а Барс русый. Они всегда поддерживают друг друга, но умудряются постоянно спорить. Могут полчаса ржать над кем-то, подкидывая новые темы, и тут же сцепиться на три часа, доказывая исключительную правоту. И ведь не встрянешь в спор, потому что каждый до последнего винтика многочисленного оружия любит свою работу. И каждый по своей специальности знает всё досконально. Это как два профессора математических наук на глазах у первокурсника отстаивают именно своё решение задачи Коши для параболических систем второго порядка с непрерывными коэффициентами. Вот. Именно это я чувствовал, когда дискуссия ударялась, например, в обсуждение бушинга[2] шейки гильзы и влияние джампинга на точность полёта пули.