Васька обожает всякие заумные словечки. И вставляет их к месту и не к месту, отчего кажется сам себе ужасно умным, начитанным и взрослым.
- Аутодафе, - машинально поправила я. - Толку его от церкви отлучать, да и до нас ему дела нет… И вообще, что вы привязались к парню?! Ну, подумаешь, старая ведьма воспитала. Но он же совершенно нормальный!
- Зая, ты не права, - Женька ко всем девушкам старше пятнадцати обращается «зая». - Воспитание у ведьмы – это совсем не то же самое, что учеба в школе. Это, должен тебе сказать, страшное дело. И люди от ведьм возвращаются страшными, опасными. Злыми.
- Ты-то откуда знаешь? – недоверчиво покосилась на него Светланка.
- Мне приходилось как-то встречаться с таким экземпляром, - серьезно ответил Женя.
И он не врал. Уж я-то ложь бы сразу распознала.
- А что такое – аутодафе? – старательно выговорил незнакомое слово Васька.
- Сожжение ведьмы на костре, - мрачно просветила его я.
Он изумленно похлопал ресницами и озадаченно заявил:
- Вообще-то, наверное, со Стасом бы это не сработало. Защита у него на высоте…
- Блин, - с досадой протянула Настька. - Сказали бы уже нам, что происходит, чтобы мы не мучились!
Она была права. В конце концов, сколько ни гадай, правду можно узнать лишь от учителей. А те, как назло, решили поиграть в партизанов, и вообще делали вид, будто ничего и не происходит.
В общем, после уроков, прошедших вполне спокойно, безо всяких новых предзнаменований, мы даже начали думать, что и правда, ничего страшного не произошло. Раз учителя молчат – значит, нет никакой опасности. Иначе от нас скрывать бы не стали, в конце концов, пусть мы недоучки, но помочь все равно бы смогли! Легкая паника, зародившаяся, было, во время обеденного перерыва, пошла на спад и к ужину совсем исчезла. Тем более что ничего зловещего больше не происходило.
Однако, как оказалось, успокоились мы несколько преждевременно.
Я засиделась до глубокой ночи, разыскивая по просторам интернета какие-нибудь упоминания о сегодняшних знаках. Ничего не найдя, я устало выключила ноут и практически улеглась, когда вдруг почувствовала что-то странное. Какое-то незнакомое давящее чувство, от которого мороз шел по коже. Мне неожиданно стало страшно. Захотелось подпереть чем-нибудь дверь и забиться под одеяло, будто там, за пределами комнаты, стоял сам воплощенный ужас, настолько сильный и могущественный, что никакая магия от него не спасет.
Я ощутила себя маленькой, беспомощной и беззащитной, совершенно одинокой перед лицом этого неведомого ужаса. Моя комната вдруг перестала казаться мне надежным убежищем, захотелось очутиться как можно дальше отсюда. И в то же время двинуться с места казалось совершенно невозможным, и я, словно в далеком детстве, нырнула под одеяло, укрывшись с головой - самое верное средство спастись от любого кошмара. И в этот момент, пытаясь унять бешено колотящееся от страха сердце, я услышала ментальный стон, невероятно сильный и мучительный, будто от нечеловеческой боли. Мои собственные страхи мгновенно показались мне мелкими и незначительными. Кому-то нужна была помощь, кто-то испытывал ужасную боль, и, возможно, кроме меня этого никто не слышит. Несколько мгновений я прислушивалась, пытаясь определить источник этой боли, и, едва поняла, кто именно страдает сейчас, как мгновенно сорвалась с постели и метнулась к двери, по пути успев захватить халат.
Все-таки я приличная девушка, и в одной пижаме разгуливать по общему коридору не решилась бы даже в полубессознательном состоянии.
Ох, кто бы знал, как мне не хотелось выходить из своей комнаты, дарующей хоть слабенькую, но иллюзию безопасности! Весь мой, пусть и небогатый, жизненный опыт на пару с инстинктом самосохранения вопили – оставайся на месте, не ходи никуда! Но какой-то настойчивый голосок у меня внутри – совесть ли, безрассудство или ответственность - требовал идти туда. На помощь.
И я решительно открыла дверь.
Конечно, никакого монстра здесь не оказалось. Коридор был темен и тих, непривычно неуютен, и я поежилась, вдруг замерзнув в своих одежках. Осторожно закрыла за собой дверь, каждое мгновение ожидая, что на меня набросятся из-за спины, ощущение присутствия чего-то страшного многократно усилилось, но я упрямо двигалась к цели. Быстрее, быстрее, пока меня не обнаружили! Лишь бы нужная дверь оказалась не заперта! Добравшись до нее, я толкнула с замиранием сердца – и облегченно выдохнула, когда дверь поддалась. Какое счастье, что у Стаса нет привычки запираться!