6. [ЖЕНИТЬБА У ВОДЯНИКА]
Около Сандал-озера жил бессчастный старик со старухой и сыном. И не было им ни в чем удачи. Пришла пора женить сына: наб работницу во двор взять, ан никто из суседей не хочет отдать девку в дом бессчастного крестьянина — всякому своего детища жаль. Вот один раз и говорит старик старухе: «Пойду-ка я искать невесту для сына.» — «А у кого ж ты будешь свататься?» — «Да хоть у водяника.»
Пошел он из дому, а от озера вышел к нему дюжий молодец и говорит: «Ты у нас свататься задумал, невеста твоему сыну готова хорошая, приданое есть исправное, только ты не мешкаючи приезжай за ней поездом.» Пошел с ним старик по берегу, и объявилась от берега дорога прямоезжая, где и век ее не было. Шли они, шли, пришли к хрустальным хоромам и взошли в пребогатую палату. Вышел к ним старшой водяник и девку с собой вывел: хорошая такая девушка, в богатом снаряде, в золотых монистах, в жемчужной поднизи и жемчужных серьгах. Ударили сваты по рукам, и отправился старик домой.
Взял с собой сына, дружку, как следует, бояр и брюдг, и поехали благословляться к попу. Поп и спрашивает: «А у кого берете девку?» — «У водяника берем.» Попу, выходит, тут делать нечего.
На выезде из деревни подошла к поезжанам суседка и говорит: «Возьмите-тко и меня с собой, я вам свадьбу устрою, как надо лучше.» И взяли ее с собой, приехали к хрустальным палатам и стали справлять свадьбу. Вот вывели невесту под фатой, а суседка шепчет старику: «Смотри, дедушка, обманывают: это не настоящая невеста.» Вывели было другую девку, суседка опять предупреждает старика, что и на этот раз водяники его обманывают. Видят они — делать нечего, и дали настоящую невесту. Стали давать приданого: злата и серебра, парчи и всякого имения. А суседка говорит старику: «Проси-ка ты у свата саней с персидским ковром, проси рыженьких лошадок, да бери синий кафтан с золотыми пуговицами, еще шапочку соболью и перстень с самоцветным яхонтом.» Стал было водяник на просьбу старика отнекиваться, да видит — суседка все знает, и дал санки и прочее добро. Воротился старик со своими на фатеру.
Сноха у него вышла смирная и работящая. Месяца два спустя после свадьбы говорит она свекру: «Запряги, батюшка, рыженьких лошадушек в сани с персидским ковром, надень соболью шапочку и синий кафтан, бери перстень с самоцветным яхонтом и поезжай в Новгород. Есть там купец, сорок у него лавок и сорок домов, просись к нему ночевать.» Старик послушался снохи, оделся, снарядился и поехал в Новгород.
Разыскал он уже ночью дом богатого купца и стал проситься к нему ночевать. Долго еще не пускали, и выглянула в окошко купчиха и говорит мужу: «Что за чудо? Санки-то наши у ворот стоят, и лошади-то наши! Поди отопри поскорее ворота!» Пустили старика в дом, купчиха так и закричала мужу: «Кафтан на чужанине твой, и шапка твоя, и перстень на руке у него твой!» Стал тогда купец старика расспрашивать: «Как к тебе мое добро попало? У меня, — говорит, — по грехам моим назад тому пятнадцать лет пропала дочка двухлетняя и это добро, искал я его и дочку пятнадцать лет, — не мог сыскать.» А старик ответил: «С дочкой пропало, с дочкой и найдешь. Есть у меня сноха: на правой щеке у ней три родимых пятнышка, три вишеньки.» — «Это и есть, — говорят купец и купчиха, — наша дочка.»
Съехали они тут к старикам и стали вместе жить да быть. И теперь еще их внуки живут в Кижах.
7. [ЖЕНИТЬБА НА ПРО́КЛЯТОЙ ДЕВУШКЕ]
Вот паренек — жени́ться, мать свататся везде, — никто за него не идет. Может, некрасивой что ли..., неремесленной, так, конечно, тут жисть теряет. Ладно. «Вот раз-де никто за меня не идет, пускай-де хоть чертовка, я-де возьму!» — сказал.
Ладно. Вдруг из воды женщина (чертовка) выходит: «Давай-де садись на меня.» Вот он сел на нее, она это в воду... Ну и вот, живо зашли — там девки сидят всё на скамейке. Вот он поздоровался: всё студеные руки, всё студеные. Да одну нашел — это теплые руки. Так. Потом дальше пошел. Опять нашел вторую — теплые руки. «Ну, которую берешь?» — «А вот эту беру я, вторую.»