«Всегда выбирай красное, новичок».
Стоит заметить, что Эмма ничуть не хуже. Может, даже приятнее. И пялюсь я так на Ирэн не потому, что она мне внешне нравится больше, нет. С Эммой мне просто, как будто мы знакомы всю жизнь. И это нереально для меня ценно.
А вот Ирэн для меня – неведомое существо. Непонятное и непостижимое. Вот я и разглядываю ее, затаив дыхание, как странного зверя в зоопарке. В прежней школе было полно девчонок, которые одевались вульгарно, ярко красились и вели себя развязно. Только выглядело это дешево, и мне их почему-то всегда было жаль. А к Ирэн я жалости не испытываю. Признаться честно, я ее немного боюсь. Это как стоять возле жерла спящего вулкана – странно, любопытно, красиво, но не можешь отделаться от мысли, что сейчас рванет.
Ирэн молча садится рядом со мной, я тут же непроизвольно отодвигаюсь. Парни облепляют диван вокруг нее, громко болтая о ерунде.
— А, новичок! — один из друзей Артема в знак приветствия пинает мой многострадальный рюкзак, валяющийся у меня в ногах. — Ой. Это твоё? Прошу великодушно простить, я думал, уборщица забыла убрать мусор.
Шумно выпускаю воздух через нос, тело напрягается. Осознаю, что, если отвечу ему, как мне хочется, заработаю немало проблем, но эта мысль с тихим шипением испаряется, как капля воды, упавшая на раскаленную кочергу. Кровь молниеносно ударяет в голову, однако вскочить на ноги не успеваю, потому что за меня вдруг вступается Артем:
— Серег, не будь ты ребенком. Гормоны свои уйми, — строго обращается он к моему обидчику, а затем ко мне: — Порядок, новичок?
В этот момент появляется тучная преподша, проворачивает ключ в замке и заходит в кабинет, оставляя дверь открытой.
— Порядок, — отвечаю я, подавив приступ злости.
Артем криво улыбается, а затем наклоняется к Ирэн и оставляет на ее красных губах короткий, но жаркий поцелуй. Затем отклоняется на пару сантиметров от ее лица и, сузив глаза, бросает на меня цепкий взгляд.
— Вчера не слишком перевозбудился? — спрашивает он насмешливо. — Странные сны не беспокоили?
Ответ мой ему на фиг не сдался, потому что они с Ирэн ускользают в класс.
— О-хре-неть, — говорю я, падая обратно на мягкую спинку дивана и. — Че с ними не так?
Эмма, единственная, кто остался со мной в коридоре, хмыкает и говорит:
— Не о том думаешь, Саш. У тебя есть три тетради? Ринатовна потребует.
Трех тетрадей у меня нет. Зато есть одна огромная с кольцами и разноцветными съемными листами. Ее я и выкладываю перед преподшей, которая сперва толкает короткую приветственную речь, напоминает, что ее зовут Тамара Ринатовна, а потом набрасывается на меня, призывая показать, с чем я пожаловал на ее урок.
Что происходит дальше, трудно описать словами. Моя тетрадь преподше не нравится, она сверлит ее брезгливым взглядом, затем все же дотрагивается пухлым пальцем до твердой обложки и открывает ее. На первой же белоснежной странице оказывается… э-э-э… предмет, которому там не место. Красный такой предмет. Кружевной.
По классу прокатываются смешки. Капля холодного пота ползет по моему позвоночнику.
— Что это, Новиков? — грозно спрашивает Тамара Ринатовна.
К большому сожалению, я знаю, что это. Но мне проще провалиться в адскую бездну, чем сказать это вслух.
— Новиков!
Окаменеть бы вот так навсегда, таращась в одну точку. В статую бы обратиться. Хочу обратно в старую школу.
Вдруг картина перед глазами меняется. Появляется женская рука с красными маникюром.
— Ой, это моё, — произносит Ирэн, подхватывая инородный предмет с моей тетради. — А я-то думаю, чего стул такой холодный.
Теперь весь класс покатывается от хохота. Мне же хочется кого-нибудь убить. Почему мне никто не сказал, что при входе на территорию этого интерната принято сдавать души?
4
В конце урока Тамара Ринатовна просит меня задержаться. Однако про неожиданную находку в моей тетради не говорит ни слова. Кажется, мои новые одноклассники не способны удивить эту серьезную мадам, привыкшую к разносортным выходкам.
— Кто твой куратор? — спрашивает преподша.
— Мой… кто?
Тамара Ринатовна потирает переносицу и посылает мне недовольный взгляд исподлобья. Да я как бы тоже не в восторге, что ни черта здесь не понимаю, дамочка.
— Виноват, — говорит кто-то за моей спиной. — Еще не приступил к своим обязанностям. Исправлюсь.
Говорившим оказывается пухлый паренек, ростом чуть ниже меня, с коротким ежиком рыжих волос. Один из моих одноклассников.