Константин сидел, уставив глаза в парковую зелень, но тут подала голос великая княгиня Елизавета, своим необычным акцентом с прононсом и картавостью:
— Вас, русских, очень трудно понимать, вы поёте, все слова понятны, но я понимаю, что там ещё глубже смысл есть…
— Не знаю, при желании скрытый смысл можно наверно найти где угодно. Я писал то, что спел, и смысл вложил только тот, что виден, а не придуман, — вспомнилось, как шпыняли когда-то Высоцкого "имелось ли в виду" и "на что это он тут всем намекнул". И решила разрядить обстановку и спела песню, которую замечательно пела Мария Пахоменко:
В общем, свою задачу "заинтриговать и заинтересовать" мы выполнили, а раскланиваться отдала Николаю, а то ляпну чего-нибудь при их высочествах и иже с ними. Кроме песен, Константина серьёзно заинтересовала наша двенадцатиструнка, пришлось отбрехиваться и заодно показывать, как на ней можно играть, а ещё вспоминать адрес мастера, который нам это чудо изготовил. Так что не зря дяденька мучился, будут у него заказы, чем не вариант так замысловато выразить ему нашу благодарность. Тем более, он уже ухватил смысл обматывания струн латунной проволокой и обещал немедленно поставить нас в известность, едва у него что-нибудь получится. Эх, запущу я моду на шестиструнки на полвека раньше срока. Да и ладно… Прощались мы с Константином уже почти побратимами. Как творческий человек он видимо и меня в эту компанию написал и настаивал общаться без чинов, оно конечно, но выполнять это распоряжение я буду только до разумных пределов, как там у Пушкина нашего Сергеевича про царский гнев и любовь…
Надо бы на "Новик" заехать, посмотреть, хоть одним глазком, только вот где же время взять. Хорошо хоть, что мою "Славянку" считайте, позабыли вместе со всем нашим отрядом. Как командир Николай бурчит, что нельзя разрешать расслабляться и тонус с навыками терять, но для наших задач самое то…