Пока паладины-организаторы расставляли реквизит и проверяли поле, к Ориану подошёл сам брат Кассиан. Он с неожиданной теплотой пожал ему руку.
— Поздравляю ещё раз с вчерашним. Твоя сообразительность — редкий дар. Настоящая находка, — сказал учитель, и в его глазах светился неподдельный интерес. — Я был бы очень рад видеть такого умного и смелого юношу среди моих учеников на пути Сердца Лирии. Подумай об этом.
Ориан, польщённый, но всё ещё уверенный в своём выборе, кивнул.
— Спасибо вам, брат Кассиан. Я обязательно подумаю.
Кассиан одобрительно улыбнулся и, отступив на шаг, громко скомандовал:
— Все новобранцы, прошедшие первое испытание, построиться для оглашения результатов!
Сорок юношей быстро выстроились в ровные шеренги, вытянувшись по струнке. Надполем на специальных подмостках установили огромную деревянную доску, покрытую тёмным лаком. К ней подошли два послушника с меловыми табличками в руках.
— Оглашаю официальные результаты первого испытания «Полоса Препятствий»! — провозгласил Кассиан, и его голос понесся над полем. — По итогам хронометража и оценки действий каждому участнику начислены очки.
Один за другим послушники стали вешать таблички на доску, а Кассиан зачитывал имена и цифры. Имя, а рядом — непонятное число.
— Первое место: Ориан! Шестьдесят четыре тысячи!
— Второе место: Каин! Пятьдесят девять тысяч триста девятнадцать!
— Третье место: Лин! Пятьдесят четыре тысячи восемьсот семьдесят два!
И так далее, по убывающей, вплоть до сорокового места, у которого было скромное «100».
Трибуны загудели от удивления. Среди кандидатов пошёл перешёпот. Все смотрели на доску, на эти странные, не округлые, а будто случайные цифры. Никто не понимал, что они означают. Это были не секунды, не метры. Что за странная система подсчёта? Каин, услышав свой результат, резко обернулся к доске, его лицо исказила досада. Лин лишь слегка приподнял бровь, его взгляд скользнул по цифре Ориана, будто пытаясь её проанализировать.
Ориан стоял, глядя на своё имя и гигантское число 64 000 над ним. Гордость смешивалась с недоумением. Что я сделал на шестьдесят четыре тысячи чего-то? Тишина, воцарившаяся после объявлений, была полна невысказанного вопроса, витавшего в утреннем воздухе: что скрывается за этими цифрами?
Секундную, звенящую тишину после оглашения результатов прервал шум у входа на поле. Возле ворот, ведущих с трибун, поднялась суета. Двое стражников пытались сдержать человека в длинном, пыльном балахоне серого цвета. Они набрасывались на него, но он двигался с неестественной, змеиной ловкостью, уворачиваясь от захватов, его ноги скользили по земле быстрее, чем мог бы двигаться обычный человек. Он обвёл трёх стражников, проскользнул между ними и вырвался на зелёный газон поля.
Сорвав с головы капюшон, он громко, на всю площадь, объявил: —Я Зориан, Десятый Воин Пламени! Прибыл, чтобы забрать Каина, шестого сына Короля Огня Леопольда, по его личному и высочайшему поручению!
Все замерли. Лицо незнакомца сияло хищной, самоуверенной улыбкой. Его зрачки горели ярким, почти алым красным цветом — таким же насыщенным, как у мага воды на воротах, только в них плескалось не спокойствие глубины, а ярость костра. От него исходила аура абсолютной уверенности и превосходства.
Борвен Каменный Кулак фыркнул.
— Хах. Как говорят в их жарких землях, утро начинается не с кофе, а с… драки.
Он не успел договорить. Годрик Строгий уже двинулся. Вскочив с места он спрыгнул на поле. Пронесясь несколько метров по воздуху, и обрушился на поле в пяти шагах от пришельца. Его приземление было не просто тяжёлым — оно было сокрушительным. Земля под его ногами вздыбилась, раздавшись трещинами, и по полю прокатилась низкочастотная волна.
Давление.
Каждый, кто находился на поле, ощутил его физически. Это был не звук и не ветер. Это была воля, облечённая в силу, тяжёлая и неумолимая, как спущенная на голову горная порода. Несколько кандидатов с хрипом рухнули на колени. Двое не смогли удержаться даже в таком положении — их буквально вдавило в грунт лицом вниз. Большинство стояли, съёжившись, согнув спины, будто под невидимой тяжестью, чувствуя, как их собственные колени предательски подгибаются.