— Паладины, — начал Кадвал, окидывая их добрым, но внимательным взглядом, — это не просто солдаты против нечисти. Это — пример. Пример того, какие ценности человечество должно нести в мир. А потому вы должны быть хороши не только в сражениях. Вы должны показывать миру своё совершенство в добродетели, знании и цивилизованности.
Он сел на край стола, приняв более неформальную позу.
— Все вы прибыли из разных мест. У кого-то отец — учёный, у кого-то — паладин, кто-то вырос в глухой деревне, где главная наука — как не замёрзнуть зимой. Мы начнём с азов и будем двигаться вперёд. Паладин должен уметь читать и писать на общем языке. Он должен уверенно знать математику — чтобы рассчитать запас провианта для гарнизона или траекторию снаряда. Он должен знать географию — чтобы не заблудиться в Чёрных горах и понимать, откуда ждать угрозы. История, основы права, природоведение — всё это инструменты в ваших руках.
У некоторых, вроде Эльрика, глаза горели — наконец-то что-то знакомое! У других, например, у Ориана, появилась лёгкая тревога — с письмом у него было не идеально.
— И для начала, — продолжал Кадвал, — чтобы я мог оценить ваш текущий уровень, я попрошу вас написать небольшое сочинение. Тема проста: «Как я впервые увидел или узнал о паладинах». Тем самым я проверю ваш почерк, грамотность и умение связно излагать мысли.
Он уже собирался раздавать пергамент и гусиные перья, как в заднем ряду медленно поднялась огромная ладонь. Это был Грум. Его лицо выражало искреннее недоумение.
— Сэр Кадвал, можно задать вопрос?
Кадвал улыбнулся.
— Кажется, тебя зовут Грум. И обращаться ко мне ты должен не «сэр», а «брат». Сэрами являются паладины Защиты и «Когти Бахмута». Мы же, «Сердца Лиры», все — братья по вере, ведущие сердца к Свету. Какой у тебя вопрос, дитя?
Грум, покраснев от поправки, продолжил, глядя прямо своими детскими голубыми глазами:
— Брат Кадвал… а что… если я не умею читать и писать?
По классу прокатилась волна сдавленных хихиканий и перешёптываний. Грум, грозный великан на поле боя, стоял сейчас, смущённо опустив голову, как школьник, пойманный на незнании таблицы умножения.
Кадвал замер. Он смотрел на Грума, его доброе лицо на мгновение отразило самую настоящую, неподдельную растерянность. Он почесал подбородок, словно перебирая в голове всевозможные методики обучения, но ни одна, видимо, не начиналась с полного и чистого листа для взрослого здоровяка.
— Хм… — протянул он наконец. — Это… это интересный вызов. Спасибо за честность, Грум. В таком случае… для тебя первое задание будет иным. Ты можешь попробовать нарисовать. А позже… мы обязательно найдём для тебя особый подход.
В Куполе Тайн. Главный зал столицы.
В то время как новобранцы скрипели перьями, в самом сердце Золотого Пика шло совещание, скрытое от любых посторонних глаз и ушей. Купол Тайн — круглое помещение для высших переговоров — был накрыт постоянным заклинанием «Полог Тишины». Для любого, кто смотрел бы на него со стороны, он представлял собой лишь непроницаемый, переливающийся шар из серебристого тумана. Вокруг, на почтительном расстоянии, стояли неподвижные, как изваяния, элитные паладины стражи.
Внутри купола, за массивным круглым столом из чёрного дерева, сидели четверо. Каэлтан в своих белоснежных одеждах. Борвен, сменивший плащ Серебряного Листа на роскошный плащ цвета слоновой кости с вышитой золотом эмблемой Солнечного Пика. Брат Нозель — всё в тех же серых, простых одеждах, его глаза теперь светились привычным, сдержанным светом. И в центре, во главе стола, сидел человек, чьё присутствие наполняло собой пространство. Сэр Роджер. Великий Глава Паладинов Золотого Пика. Ему на вид было лет тридцать, он был крупного, атлетического сложения, с приятными, открытыми чертами лица и ухоженной каштановой бородой. Казалось, он всегда улыбается — не наигранно, а так, что эта улыбка исходила из самой глубины его существа, располагая к себе с первой секунды. Его доспехи были произведением искусства — белые, отполированные до ослепительного блеска, с тончайшей золотой насечкой, изображающей лучи солнца. Но больше всего поражали его глаза. Они сияли. Сияли ярче, чем у Нозеля. Всеобъемлющим сиянием, в котором читались и непоколебимая сила, и доброта. Он был воплощённым Светом, сидящим за столом.
— Хочу начать наше совещание с новобранцев из Серебряного Листа, — заговорил Роджер, и его голос был таким же тёплым и бархатистым, как его взгляд. Он обратился к Борвену. — Сэр Борвен, я невероятно рад, что вы прибыли к нам. Ваши навыки владения оружием — одни из лучших в империи. Под вашим началом будущие паладины отлично проявят себя в предстоящем открытии Врат. Расскажите, как новобранцы себя показали?