Роджер резко перебил его, и в его голосе впервые блеснула опасная искра:
— А маги огня? Вы их всех тоже с собой забрали на штурм?
Сэм растерянно поднял глаза:
— Простите, владыка, о каких магах идёт речь? Из столицы вы с нами отправили только трёх магов земли. И всё.
Роджер медленно перевёл взгляд на Борвена, а потом обратно на Сэма. Его тихий голос прозвучал зловеще спокойно:
— Я велел Леопольду выделить вам в помощь десять магов огня…
Он резко встал. Его движение было настолько наполненным скрытой силой, что Ориан невольно отпрянул, хотя между ними был магический барьер. Роджер вышел из купола, его взгляд мгновенно нашёл старшего паладина.
— Привести ко мне Каэлтана. Сейчас же.
И, не дожидаясь ответа, шагнул обратно под покров тишины. Диалог внутри продолжался.
— Кто их убил? — голос Роджера был теперь тише, но от этого лишь страшнее. — Восемьдесят паладинов, двести семьдесят новобранцев… Пусть и зелёных, но как так получилось, что никто не смог выжить? Сбежать?
— Когда мы зашли вглубь для удара… база орков оказалась пустой. Мы поняли, что это ловушка, и сразу же повернули назад… Но было уже поздно. Вся поляна усеяна трупами. Частоколы повалены… На многих паладинах следы пыток. И ни одного вражеского тела. Мы предполагаем, что это… красные орки.
— Не может быть, — глухо проговорил Борвен, но звучало это как признание поражения. — Их ещё четыреста лет назад истребили.
— Мы не знаем, как, — настаивал Сэм. — Но по всем легендам, так действуют именно они. И их, должно быть, было очень много. Раз не смогли убить даже одного…
В этот момент в комнату вошёл Каэлтан, великий маг. Он стремительно прошёл через зал, и он без лишних слов скользнул под полог, заняв место за столом.
Роджер обратился к нему без предисловий:
— Каэлтан, выдвигайся в Серебряный Лист. Сообщи Годрику, что он возглавит все операции в Пустынных землях. Ульрик, который сейчас главный, будет отстранён по его приходу. После этого загляни к Леопольду. Он перестал понимать границы дозволенного. Его нужно… вразумить. Я передам тебе письмо. А затем — отправляйся в Пустынные земли. Скорее всего, там собралась большая армия красных орков. Боюсь, тут замешан твой старый ученик. Проверь всё.
Каэлтан лишь коротко кивнул.
— Могу готовиться к отбытию?
— Да.
Роджер взглянул на Сэма:
— Вы тоже свободны.
Маг и паладин из пустошей вышли из-под купола и удалились. В сфере остались двое.
— Маги огня позволяют себе всё больше, — Роджер откинулся на спинку стула, и в его глазах плескалась усталая горечь. — Мне это не нравится. У нас скопилось слишком много проблем: потери на Западе, орки, объединившиеся как на зло… Ещё и Владыка Разума едет. Нужно созывать гномов и эльфов на Великий совет. Ты будешь в нём участвовать, Годфри?
Годфри. Имя вонзилось в сознание Ориана, как ледяная игла. Годфри. Легенда, стоявшая у истоков ордена. Герой, сразивший Повелителя Демонов четыре века назад. Сердце Ориана заколотилось так, что он боялся, его услышат сквозь магию. Он впился взглядом в знакомое, грубоватое лицо наставника.
— Не-е, — знакомый хриплый голос Борвена прозвучал непривычно устало. — Сам веди политику. Я уже стар. Очень стар. Гожусь только для тренировки молодняка. Как же мы так потеряли двести семьдесят пацанов… Бедные их родители…
Он тяжело вздохнул, и его взгляд на Роджера стал иным — не наставника, а равного, передающего эстафету.
— Тяжёлая тебе выпала ноша, Роджер. Но ты хорошо держишься. Ты, в отличие от меня, настоящий Свет. Лучший пример паладина. Я горд таким наследником.
Борвен — Годфри — встал и похлопал Роджера по плечу. Жест был простым, но в нём была тяжесть истории, которую Ориан не мог даже вообразить. Затем он вышел, и за ним — Роджер. Маг-псионик опустил руки, и перламутровая сфера дрогнула и растаяла, словно её и не было.
Внезапная тишина в зале оглушила. Старший паладин обошёл их, кивнув:
— Вахта завершена. Смена через час. Свободны.