Я ринулся на кухню, где в глиняном горшочке, подогревая воду магическим артефактом, быстро заварил желаемый мастером взвар.
— Мастер Энкр, а я тоже тут жить буду? С вами? — дуя, чтоб остудить напиток поинтересовался я.
Наставник ответил не сразу. Он прихлебнул из своей пиалы, расписанной синими цветами по белому фону. Подул, удовлетворено прокряхтел что-то невнятное и, протянув руку, достал из стоящей на столе серебряной чашечки кусочек сахара. Кинув его в пиалу, помешал, снова попробовал и поставил в сторонку, остывать. Все это время я смотрел на него неотрывно, напоминая, что задал вопрос и жду на него ответа, но не отваживаясь повторить его.
— Нравится?
— Да!
— Жить ты тут не будешь, — и, видя мое огорошенное лицо, мастер счел нужным пояснить, — у вас сегодня первый день, знакомство с нашими порядками, учителями, наставниками. А жить вы будете в казарме. Таковы правила. Но не переживай, это не надолго. Так сказать, пока начальная профессиональная подготовка не закончится, ну или курс молодого эхизтари, тут кому как нравится называть.
— Да? А когда мы будем учиться магии?
— Магии? Никогда, я ей не владею, как ее понимают островитяне и там на материке.
— Я думал будем.
— Что ты как ребенок? Думал он. Ты вот линии силы видишь?
— Нет.
— И я нет, а они есть. Маги их видят, черпают силу и преобразуют ее в заклинания. Как-то так. У вас будет общий курс.
— А как же мы будем им противостоять? И кстати, что делать с моими вещами и Раужо.
— Раужо — это твой ашал? Дождавшись моего утвердительного кивка, мастер продолжил, — после основных занятий ты будешь приходить ко мне, и на выходных, если не получишь увольнительную в город будешь оставаться у меня. А как мы будем им противостоять я тебе расскажу. Вечером. А сейчас тебе пора, скоро у вас построение и Люциус не любит, когда на него опаздывают.
Уже выходя за порог, почувствовал колебания почвы, как при землетрясении, я обернулся, вопросительно глянул на наставника, но он махнул рукой отметая все мои вопросы.
Хаскр! Ясно, что ничего не ясно! Когда уж начнутся занятия? Мне еще друзей вытаскивать, а я не продвинулся ни в чем, ни на шаг.
Люциусом оказался давешний офицер. Я только успел занять место в строю, кое-как сформированным из моих однокашников бравыми сержантами как над нами грянул голос лейтенанта.
— Становись! Равняйсь! Смирно! Равнение на середину! — чеканя шаг он приблизился к старшему по званию и прогорланил:
— Господин легат, курсанты — эхизтари построены!
— Вольно!
— Вольно! — продублировал его команду лейтенант.
— Значит так. Зовут меня легат Люциус. Обращаться ко мне — господин легат. Но не забываем, про субординацию. Вашим обучением займутся сержанты. После нашего построения вас разделят на меньшие группы и начнете первую тренировку. В дальнейшем занятия будут вестись ежедневно. В шесть утра подъем, в десять вечера вечерняя поверка. На ней рекомендую всем быть, если не хотите быть отчислены. И еще, проникать через периметр не рекомендую. Мембрана чувствительная, нашинкует вас так, что посыплетесь как спелые виноградины. У меня все. Сержантам сформировать группы, приступить к первой тренировке.
Как только легат в сопровождении лейтенанта скрылся к нам подошел один из сержантов. Мне он понравился сразу. Судя по морщинам, многочисленным шрамам и явно различимой даже невооруженным глазом разницы оттенков различных частей доспеха сержант прожил долгую и трудную жизнь. А это был факт, который перевешивал многое. Не смотря как я за недолгое проведенное здесь время успел понять, княжество Радгэс и орден Эхизтари давно не вели крупных войн с равными по силе противниками, но тем не менее различные стычки случались постоянно. До морщин доживали единицы. А основной принцип гласил: «кто выжил, тот и прав». Так что я рыкнул на одного платника, вздумавшего высказать свои высокомерные мыслишки и порекомендовал сначала дожить до таких лет.
Краем глаза заметил, что насоливший мне блондинчик угодил в последнюю группу.
— Вы первая группа этого потока. Меня зовут мастер-сержант Игол. Обращаться ко мне, мастер-сержант. Я займусь вашей физической подготовкой и навыками обращения с оружием. Все понятно?
— Так точно, мастер сержант! — я был единственным, кто ответил, как положено, остальные что-то невразумительно промямлили.
— Служил?
— Так точно, мастер сержант.
— Будешь командиром этого сброда. Построй их в колонну по два.
— А почему это он главный? Мы не сброд, я не за это платил, — вздумал высказаться один из моей группы, — мой увесистый кулак, прилетевший ему в ухо и выступившие клыки живо его заткнули и остальных.