Внезапно в воздухе что-то тихо зазвенело — словно вдалеке лопнула струна. Валькери прислушалась и быстро проговорила:
— У тебя есть одиннадцать минут на принятие решения. Время пошло.
Она умолкла; Северус кивнул и стал сосредоточенно думать.
— А если я откажусь, когда предоставится следующий шанс? — негромко спросил он.
— Через сто тридцать девять лет, — коротко ответила Валькери.
Больше Северус вопросов не задавал, полностью погрузившись в раздумья. Вновь воцарилась тишина, которую нарушил голос девушки:
— Время вышло. Твоё решение?
Северус медленно поднял голову и чётко произнёс:
— Я согласен пройти испытания.
Что-то прошелестело в воздухе, и Пэнтекуин еле слышно вздохнула, после чего ободряюще улыбнулась ему:
— Тогда вперёд. Ты не должен брать с собой ничего — всем необходимым тебя снабдят. Пойдём к Дамблдору: тебя не будет долго, может, больше месяца. Я заменю тебя — всё равно в Лоно Хара мне соваться теперь нельзя, как впрочем и в Ашкелон, который почему-то тоже причислили к Лоно Хара, так что теперь я свободна, как сопля в полёте.
— Поэтичное сравнение, — фыркнул Северус. Он был бледен сильнее обычного, но ничем другим не выдавал своего волнения. — А почему всё решается так быстро?
— Чтобы никто лишний не узнал, — ответила Валькери. — Дело в том, что гильдии не очень-то ладят между собой, и вывести из игры алхимиков были бы несказанно рады. Так что это ради твоей же безопасности. Не маленький, сам знаешь, что такое интриги…
— Я понял, — кивнул Северус. — Идём.
Глава 21
— Гарри! Мы купили всё, что ты просил, и ещё…
— Нет времени, — оборвал друзей Гарри. — Валькери здесь.
— ЧТО?!? — потрясённо выдохнули Рон и Гермиона одновременно.
— Она приехала пару часов назад, чтобы рассказать что-то Снейпу. Я уверен, что где-то её уже видел… только где?
Друзья засыпали Гарри вопросами, но он лишь досадливо отмахнулся, не желая терять времени, и направился к подземельям. Рон с Гермионой переглянулись и, быстро забежав в комнаты и побросав свои покупки, заторопились следом, сообразив, что расспросить Гарри они успеют и позже, а сейчас надо действовать. Конечно, они ещё ни разу не подслушивали под дверью Снейпа, но дело того стоило. Неужели Снейп и вправду предатель? Ведь Дамблдор ему верит… не совершил ли директор ужасной ошибки, приняв его в Орден?
Однако они опоздали. В момент, когда они спускались по главной лестнице, мимо них прошли те, кого они искали. Снейп был явно взволнован: никогда гриффиндорцы ещё не видели, чтобы сдержанный профессор так жестикулировал при разговоре. Правда, они пронеслись мимо ошарашенных друзей настолько быстро, что те не успели уловить ни слова, и быстро скрылись из глаз. Немногие попавшиеся им на дороге ученики испуганно прыскали в разные стороны, не желая попадаться на глаза грозному профессору Зелий, особенно когда он находился в таком состоянии. Однако полностью поглощённые диалогом, Снейп и Валькери даже не обращали внимания на детей, испуганно жмущихся к стенам и провожающих их странными взглядами.
— Чёрт! — бессильно прошептал Рон. — Опоздали…
— Ну должны же они пойти обратно, — заметила Гермиона. — Подождём внизу, а то нам за ними не угнаться, да и смысла в этом нет.
— Вы заметили её? — взволнованно спросил Гарри.
— Не успели, — покачал головой Рон. — Они так быстро пронеслись — словно за ними гнался разъярённый тролль!
Не в силах придумать ничего лучшего, они уселись в холле и принялись ждать. Их ожидание увенчалось успехом: не прошло и получаса, как Снейп и Валькери спустились вниз, направившись к дверям, ведущим на улицу.
— Пошли, — шепнул Гарри, и они тихо поднялись.
Двое свернули за угол, чтобы не попадаться на глаза ученикам, и остановились. Трио осторожно выглянуло из-за угла, про себя порадовавшись, что строителям взбрело в голову сделать такие вычурные и огромные водосточные желоба, из-за которых гриффиндорцев совершенно не было видно — хотя алхимику и девушке явно было не до того, чтобы проверять, следят за ними или нет. Валькери стояла спиной к ним, однако Снейпа было хорошо видно.
— Только прошу, будь паинькой и не ввязывайся ни во что. Твой характер не сахар, а лонохарцы не прощают обид, — предупредила она. — Потом они могут пожалеть… но тебе будет уже всё равно…