А я, между прочим, была одета очень даже скромно! Черный брюки высокой посадки, со стрелками и расширяющимися от бедер, плотная белая рубашка, застегнутая почти на все пуговицы, с подвернутыми рукавами и кожаные туфли на высоком каблуке и острым носом.
— Я прекрасно выгляжу, мамуль! — проглотив смешок, с серьезным лицом прошла чуть вперед и покрутилась вокруг своей оси. — Не веришь мне, смотри на реакции других!
Не стесняясь, указала рукой на тех, кто следил за нашей маленькой компанией, не понимая, откуда у рода Адрахел взялась взрослая дочь, да еще и с поплывшей операционной системой. Многие абитуриенты прибыли с родителями и ждали, когда ворота Академии откроются, чтобы можно было проверить свой уровень магии. Те, кто не пройдут порог, не смогут зайти на территорию учебного заведения вовсе. А тех, кто смог, ждет беседа с приемной комиссией и распределение по факультетам. Чаще всего юный поступающий самостоятельно выбирает, за партой какого факультета ему отсидеть пятнадцать лет. Но бывали случаи, что с подобным решением был не согласен дух Академии, и тогда он сам выбирал, куда отправиться студенту познавать науки.
— Эмир Адралех! Уж кого я не ожидал здесь увидеть! — вдруг воскликнул рядом какой-то демон.
По тому, как у папули на миг свело зубы, стало понятно, какие это знакомые. Прищурившись, осмотрела Высшего демона с его спутницей и, видимо, отпрыском. Демоница из низших не была его истинной, и этим он уже перечеркнул мое хорошее к нему отношение. То, что она являлась для него рабыней, что явно говорил об этом тонкий ошейник с рубинами, и вовсе вызывало во мне бурю протеста и ненависти. Его сын был его полной копией по воспитанию, так как держал подле себя такую же рабыню, только из людей. Обе девушки были красивыми, дорого одетыми, но несчастными. Их глаза больше не горели той жаждой жизни, что есть в каждом из нас.
— А кто это у тебя? Я слышал, это прелестное создание назвала твою жену матерью. Эмир, неужели ты всё это время скрывал от всего мира дочь?! — показушно удивился демон, посматривая на меня маслянистым взглядом. Остальные прислушивались к разговору, не решаясь подходить и задавать вопросы самостоятельно, но всегда готовые узнать всё от первоисточника через посредников.
— Да, это наша с Адлерой дочь — Атарис. — спокойно ответил Аделькар, притягивая к себе жену за плечи.
Как по мне, зря он это сделал. Женщина-то его заводиться начала, заметив взгляды любопытствующего демона на своей дочери. Сейчас ведь разносить всех начнет, а он под боком стоит. Вздохнув, подошла к Адлере с другой стороны, зная, что она не сможет причинить мне вреда, а значит, хочет не хочет, а успокаиваться ей придется, чтобы дочурку не задеть. Тем более я решила сломать психику этого демона самостоятельно.
— Атарис — Атарес. Мне кажется или имена слишком уж похожи? К чему бы это, а? — с какой-то насмешкой протянул незнакомец. — А где мальчик?
— Потрахаться дали, да ножечком пырнули, хан. — Оскалившись, растянула губы в милой улыбке ненормальной, пока отец не нашелся с ответом. Матушка с тихим кряком выпустила изо рта воздух, который набирала, чтобы поставить на место провокатора.
На меня уставились так, будто заговорила табуретка и с возгласами во славу Бездны рванула порабощать мир. Где это видано, чтобы женщина рот открывала, да? Где это слыхано, чтобы она выражалась, как наемник, а? Да ещё смела встревать в беседу двух мужчин?!
— Ты-ы-ы… — шипение демона больше походило на спускание воздуха из шарика.
— Ага-а. Я. А ты кто? — Невинно хлоп глазками, словно не понимаю, чего это он багровеет так сильно.
К мужчине — да на «ты»? Ну эта девочка совсем с приветом! Вообще, я девушка приличная, с этикетом знакомая, но посудите сами, посылать кого-то в Бездну, да при этом обращаться на «вы» и с реверансами — немного не то. Хотя и смешно. Ладно, в следующий раз по-другому попробую.
— Да ты! — подал голос его сын, делая шаг в моем направлении.
— Ша, пупсик! Не видишь, твой глава семьи что-то сказать хочет! Кто тебя воспитывал вообще, раз до сих пор не объяснили, что перебивать пожилых — плохой тон! — Строго и нравоучительно осадила парня, выпучившего на меня синие глаза ещё после «пупсика». Ну да, его — двухметрового громилу — вряд ли кто-то так называл. Адлера всхлипнула и уткнулась в плечо супруга, чтобы не ржать в голос.
— Эмир Аделькар, как это понимать?! — Наконец справившись с когнитивным диссонансом, взвыл корабельной сиреной хан.
И всё же, чему этот индивид обиделся больше? Тому, что ему смеет отвечать особь женского пола, или приравнивания к старикам? Я читала в сети рассуждения о том, что на мужчин такие замечания действуют куда сильнее. Неужели правда? Он поэтому стал ещё краснее, а в руках начал формировать сгусток проклятия?